Искры между нами

— Я должен поверить в эту лажу?

— Да…

— После того, как ты в клубе сама на меня залезла?

— Я хотела…

— И потом еще хрен знает на чьих коленях скакала? — окинул ее брезгливым взглядом.

— Ни на ком я не скакала, — улыбаться она перестала. Темные глаза яростно сверкнули, — ты прекрасно это знаешь!

— Ты о чем, Ален? Я ни черта не знаю. И знать не хочу. Мне вообще пофиг, чем ты занимаешься. Можешь хоть перед всем городом ноги раздвигать. Мне плевать. Только не надо при этом пытаться на меня повесить чьего-то ушлепка.

Она попыталась отвесить мне пощечину, но я перехватил ее руку. Сжал запястье так, что она охнула и схватилась второй рукой, пытаясь разжать мои пальцы.

— Егор! Мне больно.

— А ты меньше херню всякую городи, тогда и больно не будет, — в сердцах отпихнул ее руку от себя, — в общем, так. Сама эту кашу заварила, сама и расхлебывай. Объясняйся с родителями. Рассказывай им о своих любовных похождениях, а меня оставь в покое.

— Ребенок твой, — твердо произнесла Рыжова, потирая покрасневшую руку.

— Проверим?

— Конечно. Хоть сейчас, — она откинулась на спинку и снова нацепила маску невозмутимой суки, — я согласна на любые тесты. Можешь сам выбрать клинику, врача, место, время. Все что хочешь.

От ее уверенного тона у меня зашевелились волосы на затылке. Что-то дрогнуло в животе, свернулось в тугой узел. Не врет. Ни хрена не врет!

Эта мысль пролетела как ураган, оставляя за собой руины. Во рту стало горько, кисло и одновременно солено — до крови прикусил язык.

— Мы с тобой трахались с гондонами! — последний аргумент, который хоть как-то мог удержать меня на плаву

— И что? Сто процентную защиту тебе никто не гарантировал.

— Оба раза с резиной! — давил я.

— Значит, живчики у тебя качественные, прошли сквозь все преграды. Гордись.

— Сука. Я тебя сейчас прибью.

— Прибьешь? Мать своего ребенка? Это слишком даже для тебя, — нагло ухмыльнулась Рыжова.

Меня передернуло. Так сильно, что Алена это заметила. Тут же подобралась, хищно прищурилась, совсем недобро посмотрев на меня.

— Я надеюсь, ты не станешь усложнять жизнь ни себе, ни мне и сделаешь аборт.

— Нет, — категорично ответила она, — никаких абортов. Я хочу этого ребенка.

— А я нет!

— Тем хуже для тебя. Нам все равно придется пожениться…

— Ален, скажи, ты вообще в своем уме? Решила залететь, чтобы заставить меня жениться? Серьезно? Мы не в то время живем, чтобы из-за беременности идти на такой шаг. Это раз. И я далеко не джентльмен, чтобы проявлять такое благородство.

— А куда ты денешься? — снисходительно, даже немного ласково спросила Алена, — Родители согласились, что нам теперь просто необходимо расписаться, и они точно не позволят тебе отсидеться в стороне. Даже не рассчитывай на это.