Шерловая искра

А я едва под стол не сползла в попытках удержать рвущийся наружу хохот и брызнувшие из глаз слёзы. Ей-богу, еле удалось сохранить видимость невозмутимости на лице и то лишь из страха вдрызг испортить только, было, наладившиеся отношения с бабусей. Потому что та, как раз, исполняла сей эпохальный шедевр народно-колдунского творчества на полном серьёзе, с подобающими подвывающими интонациями и не простила бы не то, что смеха, а даже малейшего намёка на скепсис.

Рядом послышался короткий, немного судорожный вздох-всхлип Насуады. Та, видимо, тоже пребывала в культурном шоке от вновь открывшихся талантов своей то ли покровительницы, то ли наоборот — подопечной.

— Теперь доставайте по три карты. Ты, Нэсси, первая. — скомандовала ведущая программы «Экзорцизм для чайников».

— Сверху? Снизу? — на всякий случай решила уточнить соратница по эксперименту.

— Любую. — степенно, торжественно кивнула Идриль.

Тетушка Рона опасливо двумя пальчиками вытянула три карты подряд и положила их перед главной гадалкой.

— Так. Хорошо. — оживилась та, — Очень хорошо! Девочка моя, тебя ждут счастливые времена. Владеющий мечом, Стрела Асфиты и Принцесса Зари.

— И… И что это означает? — мы обе непонимающе уставились на нашу прорицательницу, на глаза которой отчего-то набежали слёзы.

— Владеющий мечом — воин, который появился в твоей жизни. Стрела Асфиты — покровительницы семьи — зарождение чувства, ведущего к браку. А Принцесса Зари… — Идриль сентиментально поджала дрогнувшие губы — младенец женского пола."

"— Х-ух! — Насуада резко встала с места и отвернулась к окну, скрывая горечь, плеснувшую на лицо. — Тётушка, зачем… Как можно! Ты же знаешь, что у меня… не может быть детей. Я больше не в силах слушать это… — она быстро пошла к дверям, и, кажется, готова была расплакаться.

— Стой! Не смей! — грозно рыкнула Идриль. — Не смей гневить Призрачную Королеву недоверием. Что сказано — то сбудется. А станешь спорить — накажет. Велено же — никакого баловства.

Нэсси вряд ли внутренне согласилась с утверждениями бабки или повелась на эфемерные угрозы, но, сделав над собой усилие, всё же вернулась за гадальный стол.

— Теперь ты. — кривой палец Идриль указал на меня.

Стало как-то жутковато от всего происходящего: за стеной стонала непогода, бушевал в бессильной ярости ураган, на столе зловеще трещали и подрагивали свечи, по стенам в дикой замысловатой пляске скакали тени. Хотела отказаться, но рука, противореча разуму, сама собой потянулась к колоде и вытянула первую карту. Не знаю, что она означала, но картинка мне сразу не понравилась.

— Хиргова печать. — выпучив потемневшие водянисто-серого цвета очи, шёпотом выдохнула Идриль и прижала ладошку ко рту.