Искра на счастье

Я сделал несколько попыток, меняя женщин, и все они закончились одинаково — я их не хотел! То есть, слияние хотел, но только с одной конкретной и недоступной, поскольку она была беременна. И тогда я собрал всех и продал их. Гарема у меня больше нет.

Наместник внимательно слушал."

"— Чтобы отвлечься от постоянной тяги к беременной наложнице, мне пришлось бросить свое время и силы на дела, дома почти не бывал, а если бывал, то не пересекался с Аликой.

— Аликой?

— Да, я сам назвал ее, мне не понравилось ее прежнее имя — Полетт. И однажды, Алика ворвалась в мою спальню, я только-только сам туда вернулся. Она ушла из женской половины, довела до истерики половину слуг, которые пытались ее удержать и вернуть назад. Алика была очень рассержена и непередаваемо прекрасна, и… и дальше случилось то, чему я не могу найти объяснение. Вернее, оно есть, но невероятное. Мы стали целоваться, неистово, исступленно, пили друг друга, как умирающий от жажды пьет воду, — Рангх помолчал, прикрыв глаза, вспоминая события того дня. — Она стала раздевать меня, не отрываясь от моих губ, и я окончательно потерял связь с реальностью.

Наместник издал удивленный возглас.

— Мы стали близки и это было так восхитительно! Я никогда раньше не получал столько удовольствия от слияния и, что поразительно, Алика тоже получала удовольствие и поощряла меня на новые слияния.

Наместник ахнул.

— Да, в это трудно поверить и если бы мне кто-то рассказал, я бы посчитал его вруном. Но все это произошло со мной, поэтому я точно знаю — это не выдумка. Более того, мы с Полетт сливаемся иногда по нескольку раз за день и оба купаемся в наслаждении.

— Полетт? А…

— Полетт сказала, что любит свое прежнее имя и отныне она больше не Алика.

— У..гум..с. А что с беременностью? Не вредно так часто… сливаться?

— Ребенок прекрасно развивается, целитель глаз с них не спускает, а Полетт говорит, что если счастлива мать, то польза и ребенку.

— Ты каждый день, и не один раз за день, сливаешься со своей беременной наложницей, и она сама поощряет на это? И еще и к ее мнению прислушиваешься? Я все правильно понял?

— Да. Это волшебно, мы дарим друг другу счастье. Я говорю «мы», потому что Полетт все это тоже нравится.

— Никакой боли, вреда?

— Никакой.

— Поразительно. А, прости за откровенный вопрос, что ты с ней делаешь?

— Мы. Не я один — мы оба. Целуемся, как сумасшедшие, обнимаемся, ласкаем друг друга… везде.

— И она тебя сама ласкает?? Добровольно?

— Конечно, добровольно, — возмутился дракон. — Она же беременна, я ее ни к чему и в мыслях не принуждаю, что ж говорить о деле. Нам хорошо вместе, понимаешь? Если бы она была драконицей…

— Она была бы твоей истинной, — пробормотал Наместник. — А так… Всесветлая, до меня дошло — она твоя ньяра?

— Ньяра, — кивнул Рангх.