Искра на счастье

Вдвоем вы все сделаете намного быстрее, чем, если бы работали поодиночке. Ну, так как, Варион?

— Где каменщик? Я хочу скорее начать!

Аннет прекрасно вписалась в детский коллектив, являясь менее разрушительной его частью. Императрица быстро выяснила, что девочка почти ничему не училась, и рьяно взялась исправлять это упущение. Даяна была еще мала для таких занятий, и Ролинда с удовольствием учила Аннет шить, вышивать, а также, истории и географии. Анрион же был больше занят с наследником, пытаясь перевести кипучую энергию кронпринца в мирное русло. Иногда ему это даже удавалось.

Баронесса притихла, и это Анри начинало беспокоить. Нет, негласный пригляд за ней он оставил, но пока ничего предосудительного дама не выкидывала: ездила по модным мастерским, принимала у себя работницу мадам Руже и даже не пыталась проникнуть во дворец. Такое благоразумие настораживало, и Анрион велел на всякий случай, повесить на Ее Милость следилку, и теперь наблюдал за ее перемещениями и контактами. Что его особенно удивляло — Аннет задала вопрос, где ее мама всего один раз и, получив ответ, больше не спрашивала, а баронесса вообще, кажется, забыла, что приехала вместе с младшей дочерью.

И вот, через неделю, мамаша-кукушка вспомнила, что во дворце у нее сидит «отмычка»."

"Анриону доложили, что перед воротами дворца стоит баронесса дю Плиер и просит ее принять.

— Дю Плиер просит? — Анрион решил, что ослышался.

— Да и весьма вежливо, — подтвердил стражник.

— Мне уже страшно, — пробормотал про себя граф. — Что она задумала?

Отпустив стражника, маг сам переместился к воротам порталом.

Действительно, баронесса. Тихая и почтительная, даже хочется себя ущипнуть — не мерещится ли.

— Ваша Светлость, — посетительница изобразила реверанс. — Благодарю, что снизошли к просьбе слабой женщины.

У Анриона дернулась бровь, и он ощутил сильное желание сбежать.

— Могу я увидеться со своей дочерью? Я ничего не знаю о ней уже неделю, и мое материнское сердце невыносимо страдает!

У графа задергался глаз, и вспотели ладони.

— Вы же не будете препятствовать? — баронесса просительно заглянула в глаза графу.

Стражники смотрели и слушали во все глаза и уши. Если скандалистку он еще мог не пускать, то запретить безутешной матери увидеться с родной дочерью было бы неоправданной жестокостью. Анрион тяжело вздохнул и кивнул охране: «Пропустите».

— Ах, как я Вам благодарна! — просияла женщина. — Где моя дорогая Аннет? Она здорова? А мой драгоценный внук?

— Баронесса, — вполголоса сказал граф. — Прекратите изображать из себя то, чем Вы в принципе не являетесь. Хотите увидеться с детьми, я это устрою, только просто молчите, ладно? Я не верю, что Ваше желание увидеть дочь и внука искреннее.

Баронесса фыркнула, но просьбе вняла и замолчала.