Исключительное право Адель Фабер

— Представляете, — продолжала одна из дам громким шепотом, — говорят, она сама управляет конюшнями! Сама покупает лошадей, сама ведет дела! В наше время…

— Тише, — одернула её баронесса Клэр, заметив, что я слышу их разговор.

— Но согласитесь, это довольно… необычно.

Первый круг Ветер прошел в четвертой позиции, Гарри строго следовал тактике, которую мы обсуждали. На втором круге он немного поднялся — до третьего места, но все еще держался за лидерами, не выкладываясь полностью.

— Мама, — тихо сказал Этьен, — к нам идут.

Я проследила его взгляд и действительно увидела несколько знакомых лиц, направляющихся в нашу сторону. Среди них была мадам Элен, все та же элегантная хозяйка приемов, граф Осборн, которого я помнила с того вечера четыре года назад, и… мое сердце дрогнуло… Себастьян с молодой женщиной, которая, без сомнения, была его новой женой.

— Адель, — мадам Элен первой подошла ко мне, в её голосе звучало искреннее восхищение, — какая неожиданность! Я слышала о ваших успехах в провинции, но никак не ожидала увидеть вас здесь, на Кубке Короля!

Я открыла было рот, чтобы ответить, но слова словно застряли в горле. Все мое внимание было приковано к дорожке, где разворачивалась решающая фаза гонки. Последний круг, и Гарри начал продвигать Ветра вперед.

— Мама слишком взволнованна, чтобы говорить, — вмешался Этьен с учтивой улыбкой. — Позвольте представиться, Этьен де Эшфорд. Сегодня дебют нашего Ветра в главных скачках страны.

— Де Эшфорд? — граф Осборн приподнял бровь. — Значит, вы сын…

— Сын герцога Себастьяна, да, — подтвердил Этьен, бросив быстрый взгляд на отца, который стоял поодаль со своей молодой женой. — Но сегодня я здесь как представитель конюшен Фабер.

А на финишной прямой творилось что-то невероятное. Молния все еще лидировала, но Стрела стремительно нагоняла её справа, а наш Ветер… Боже мой, наш Ветер летел словно на крыльях! Гарри наконец дал ему свободу, и каштановый жеребец показал всю мощь крови Грома, которая текла в его жилах.

— Невероятно, — прошептала мадам Элен, тоже следя за финишем в бинокль. — Этот молодой скакун, откуда он взялся?

— Сын Грома, — ответил Этьен с гордостью. — Рожден в конюшнях Адель Фабер.

Трибуны ревели. За последние пятьдесят метров расклад менялся каждую секунду. Молния и Стрела шли ноздря в ноздрю, но Ветер продолжал нагонять, а его красивые движения буквально завораживали зрителей.

— Дорогая, — я почувствовала прикосновение к локтю и обернулась, чтобы увидеть баронессу Клэр, теперь уже подошедшую вплотную, — мы все так хотим узнать, как вы решились на такое предприятие? Женщина в мире скачек — это же просто…"

"— Революционно, — закончил за неё граф Осборн, и в его голосе я услышала не насмешку, а искреннее восхищение.