Искатель. 1972. Выпуск №3

Он мгновенно превращается в стальной холодный магнит.

Углов у ринга четыре, можно выбрать любой, они одинаковые. Все зависит от того, лицом ты к углу или спиной. Он может задержать боксера, не дать ему двигаться и уходить от ударов, защищаться, финтить и отступать. Он отдает на расправу и открывает путь к победе. Лицом ты к нему или спиной?

Ринг начинается и кончается ступеньками. Количество ступенек значения не имеет. Поднимаются по ним почти все одинаково, спускаются — по-разному. Тебя могут вынести на руках, могут — на носилках.

Петер взглянул на часы, до начала тренировки оставалось три минуты. Петер присел на ступеньки ринга. И хотя он сидел к нему спиной, он увидел ринг очень отчетливо. Не тот ринг, не тренировочный, а другой, не здесь — залитый светом и окруженный темнотой.

Он, Петер Визе, лежал лицом вниз, — все слышал и понимал, он мог встать сам, но хотелось, чтобы Хельмут ему помог, таков обычай — помочь побежденному. Но Хельмут даже не подошел к нему, судья объявил победителя, не дожидаясь, пока Петер поднимется. Лежа на полу ринга, Петер увидел затылок тренера, зеленые мундиры вермахта, черные мундиры и нарукавные повязки со свастикой — гестапо.

После этого он познакомился с Вальтером Лемке.

Петер удивился, увидев в раздевалке немца, который, доброжелательно улыбаясь, помог снять перчатки, небрежно кивнул на дверь и сказал:"

"— Плохой боксер, и удар был случайный. Вы стали медлительны, Петер.

Боксер молчал, разматывал бинты и ждал, что нужно этому улыбающемуся немцу с белыми, выхоленными руками.

— Не имея арийского происхождения, сейчас трудно выигрывать, — Лемке закурил сигарету и опять улыбнулся. — Мойтесь, Петер, я вас подожду…

Через тридцать минут они садились в поблескивающий черным лаком «хорьх», который и доставил их в зал, где был сейчас Петер. И в результате Петер Визе оставил выступления, стал тренером в спортивном клубе финансиста и менеджера Лемке. Так поначалу считал Визе, но очень скоро выяснилось, что спортивно-финансовая деятельность Лемке не что иное, как прикрытие разведчика абвера, и сам он, Петер, тоже служит разведчику удобной ширмой. Но выбирать Визе не приходилось, он успокаивал себя, что сам он занимается лишь спортом, а на дела Лемке закрывал глаза.

После разгрома фашизма Лемке пропал, спортивный клуб закрылся, и Визе переживал трудные дни. Но перерыв был недолгим. Лемке, как прежде, самоуверенный и элегантный, отыскал Визе и…

Двери распахнулись, пропуская группу юношей, которые цепочкой побежали по залу, остановились ровной шеренгой и хором крикнули:

— Добрый день, мастер Петер!

— Добрый день, мальчики. — Петер вышел в центр зала и потер коротко остриженную шишковатую голову.