Искатель – 11

Сквозь мягкую обивку салона доносились зычные крики нашего возницы, который пытался расчистить путь. Чувствовалось, как его самого вся эта ситуация выводит из себя.

— Эй, посторонись! Это проспект ведёт к дворцу, а не задворки! Дорогу баронессе О’Мэлли!

Простолюдины, конечно, шарахались, но толпа оказалась такая плотная, что быстрее мы не продвигались. Люди напирали со всех сторон, кто-то толкался, кто-то зевал по сторонам. Настоящий муравейник.

Лили сначала с детским любопытством прилипла к окну, пытаясь разглядеть город, но мы тащились со скоростью черепахи, и скоро ей это надоело. Она вздохнула, сползла по сиденью и устроила голову у меня на коленях. Я посмотрел на неё сверху вниз. Умиротворённое довольное лицо, расслабленные черты, мягкие белые волосы растрепались, обрамляя лицо. Чёрт возьми, а в этом что-то есть! Приятное чувство. Может, тащиться в пробке со скоростью улитки не так уж и плохо?

Лениво запустил пальцы в её волосы и стал поглаживать длинные бархатистые белые уши, легонько почёсывая у основания. На удивление тёплые и мягкие, они приятно ласкали кожу ладоней. Лили тихонько замурчала от удовольствия, словно кошка.

— М-м-м, как хорошо… Не останавливайся.

Марона бросила на нас мягкий взгляд, в котором читалась смесь умиления и лёгкой зависти. В её глазах промелькнуло что-то материнское, будто наблюдала за играющими детьми.

— Я бы тоже так хотела, — Лейланна надула губы с притворной обидой.

Ирен, сидевшая рядом, хихикнула и толкнула эльфийку локтем:

— Хотела бы, чтобы Артём чесал тебе за ушком, или чтобы ты чесала ушки Лили?

Лейланна ухмыльнулась, озорно блеснув глазами:

— И то, и другое. И почаще.

Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем возница стукнул по крыше. Карета чуть качнулась, и я почувствовал, как изменился звук колёс: теперь они гулко стучали по мощёным камням. Звук стал более ровным и каким-то торжественным.

— Въезжаем на территорию дворца, миледи."

"Лили тут же села ровно и снова прижалась к окну, вытягивая шею, чтобы ничего не упустить. Правда, разглядеть что-то толком ей было сложно, и она щурилась, стараясь сфокусировать взгляд. Свои здоровенные очки в проволочной оправе кунида спрятала в сумочку.

Я пытался настоять, чтобы она их надела. Какая, к чёрту, разница, что подумают другие? Но все мои женщины, включая Марону, уставились на меня так, будто предложил им пробежаться голышом по площади. Даже сама Лили упёрлась; лучше пусть всё плывёт перед глазами, чем выставить эту «нелепую конструкцию» на всеобщее обозрение на светском приёме. Женская логика! Непостижимая и беспощадная.

Видимо, по той же логике все четыре мои спутницы соорудили на головах сложные причёски, на которые, уверен, ушло не меньше часа.