Искалеченные. Книга вторая

И, может быть, большинство считали бы это место раем, но для Лин это был ад. За полгода ее достал маленький город с населением не больше четырех тысяч человек. Здесь была вялотекущая жизнь, и Лин изучила городишко вдоль и поперек. Даже песочный пляж с лазурными водами уже не прельщал ее – палящее солнце не щадило бледную кожу Лин, и не спасал никакой солнцезащитный крем.

Если бы не ее любовь к Рэймонду, она бы давно вытащила из шкафа чемодан и улетела в Бостон.

Все чаще по вечерам она смотрела на закат и думала: неужели вся ее жизнь пройдет здесь? Сможет ли она когда-нибудь привыкнуть?

Именно поэтому, когда она увидела на одном местном форуме, что в часе езды от города живет потомственная гадалка, Лин тут же решила отправиться к ней. И, разумеется, с ней поехал Рэймонд.

– Надеюсь, мы не зря ехали столько времени, – Рэймонд притормозил у кованой ограды, обвитой плющом, и заглушил мотор.

Взятый напрокат «Шевроле», не шел ни в какое сравнение с его «Мустангом», оставшимся в Бостоне. На середине пути сломался климат-контроль, превращая поездку под палящим солнцем в ад.

– Пока мы не попробуем – не узнаем, – задумчиво произнесла Лин и отстегнула ремень безопасности.

Она решительно вышла из машины и хлопнула дверцей. Ее взгляд скользнул по ограде и устремился дальше. На форуме не врали. Желтоватый дом гадалки был виден с дороги. Он возвышался на небольшом холме в окружении густой зелени деревьев.

Рэймонд взял Лин за руку, замечая, как горели от предвкушения ее глаза. Он толкнул тяжелую кованую дверь ограды, и она тут же отозвалась протяжным? скрипом. По петляющей тропе они направились к старому дому.

– Я считаю всех гадалок шарлатанами, – произнес Рэймонд и перешагнул через лежавший на дорожке ствол дерева. – Либо хорошо понимающими в психологии аферистами…

– Не ворчи, – Лин всматривалась в узкие окна, намертво завешенные темными непроницаемыми шторами. – Все равно в этой глуши больше нет ничего интересного.

Вскоре они остановились перед деревянным крыльцом. Солнце заходило за горизонт, и его закатные лучи отражались в витражном окошке входной двери. На ступеньке мирно спал черный откормленный кот. Ловец снов, висевший на козырьке, подрагивал от слабого ветра.

Лин начала подниматься по ступеням. Под ее сандалиями старые половицы протяжно скрипели. Подол белого длинного сарафана поднял с пола землистую пыль, и дремлющий кот чихнул и нырнул в гущу зелени, обвивающей перила.

Лин старалась урезонить прыгающий от волнения пульс. Она сделала глубокий вдох и постучала в дверь три раза. Но ни звука шагов, ни поворота замка не было слышно.

– Видимо, никого нет дома, – полушепотом сказала она, обернувшись к Рэймонду."

"Он скептически скрестил на груди загорелые руки и недовольно свел брови.