Иск на невозможное отцовство

Так что просто иди, переоденься и погуляй со своим сыном, пока я разогрею ужин в духовке и сделаю салат.

В ответ на простые слова получаю такое крепкое объятье, что трудно дышать. Антон несколько раз быстро целует меня в щеку, ухо, шею. Снова глубоко вздыхает в моих волосах. И только потом идет к заждавшемуся Тимке.

Троицкий переодевается сам в джинсы и футболку, примерно такой же комплект натягивает на сына. Малышковой модели, конечно. Но эти двое все равно становятся так похожи. Темные майки, сине-голубые штаны. Смотрю на них из дверей кухни.

- Вчера ему понравился поезд, где можно сидеть на лавочке и рулить, - сообщаю нашему папе, - а утром он требовал, чтоб я водила его за ручки по дорожкам.

- Думаю, он даст намек, чего хочет.

Поднимаю брови.

- Ты и сам хорошо придумываешь для него занятия. Я заметила, с тобой малыш гораздо меньше капризничает.

Вижу, Троицкий сразу приосанился.

- Когда-нибудь я напишу книгу про отцовство. По профессии уже писал, опыт есть. Правда, ее пришлось нехило причесать редакторам. Все же говорить и писать – разное.

- Антон!

Перебиваю его, пока он натягивает кроссовки. Про книгу я, если честно, не знала, нужно будет спросить название. Сейчас мне нужно сказать другое.

- Что? - мужчина выпрямляется.

Улыбка медленно уходит с его лица. Наверное, в моем взгляде слишком много тревоги.

Подхожу к Антону, обнимаю себя руками.

- Антон, ты очень нужен нам!

Его тетка очень хочет все испортить. И хоть я уверена в Троицком полностью, боюсь.

- Ну-ка иди сюда.

В голосе мужчины слышится металл.

- Мм?

Шагаю еще ближе, сразу чувствую сильные руки на своих плечах у перехода в шею.

- Ты уже вляпалась в меня по полной, глупышка. Теперь я никуда не денусь.

Распахиваю глаза от удивления и задираю лицо. Но несмотря на жесткий тон, в глазах любимого пляшут хитрые огни.

- Скажи это еще раз, - прикусываю губу.

- Я никуда не денусь…

Концовка выходит хриплой. Антон с силой притягивает мое лицо к себе. Глубоко целует. Каждым движением выколачивает из меня дурацкие мысли. Я никак не могу напиться этим ощущением. Отстраняемся мы только после недовольного повизгивания сына.

- Я люблю тебя, - Антон целует в висок.

Прикрываю от удовольствия глаза, давая исчерпывающий ответ о взаимности.

Если бы Антон метался между мной и мнением тети, я бы, наверное, сошла с ума. Она не мать, но она была рядом с ним с рождения. Он мог бы заставлять считаться с ней, уважать. Хотя я и так не позволю себе ничего низкого в ее сторону.

Но все же не будь он безоговорочно на моей стороне, я бы вряд ли справилась.

Пока мальчишки гуляют, накрываю стол. Все же приятно иногда просто похозяйничать для любимых людей. Карьеру я не брошу! Но отвлекаться порой и заботиться об Антоне для меня сейчас безумно приятно.