Аллигат. Исход

"

"Говорили обо всём понемногу. О погоде и климатических особенностях Англии и Шотландии, о флоре и фауне двух стран. Говорили о людях, их населяющих, обычаях и нравах горцев. Говорили о литературе и поэзии. Кадди принёс сборник поэзии Роберта Бёрнса — известного шотландского поэта восемнадцатого века, и они читали стихи вслух по очереди, следом обсуждая прочитанное.

Ольга не могла не признать, что общение с мужчиной действовало на неё благотворно. Раздражение и досада, преследовавшие её при воспоминании о предстоящей поездке, сменились душевным покоем и умиротворением.

Не обошлось без положительного влияния пунша «Горячий Тодди». Он не только согрел, но и сделал общение непринуждённым и дружеским, а сухое уютное тепло камина и треск поленьев привнесли в угасающий зимний вечер возвышенную нотку романтики.

Говорил больше доктор. Ольга помалкивала, смотрела на него и мягко улыбалась. Мечтала, как было бы хорошо иметь свой дом, семью, обаятельного уравновешенного мужчину, похожего на Кадди и кота, похожего… тоже на Кадди. И детей. Не меньше троих. Какая без них семья?

Мечтала о том, чему никогда не суждено сбыться.

— Вы же будете мне писать? — спрашивал её доктор, заглядывая в глаза. На его лице играли отблески живого каминного пламени.

— Зачем? — улыбалась она лукаво, уклоняясь от ответа, взбивая пальцами быстро высохшие волосы и плотнее запахивая шлафрок.

— Дайте слово, мадам Ле Бретон, что будете мне писать, — настаивал мужчина, подаваясь к ней и роняя с колен томик со стихами.

— Хорошо, — согласилась Ольга. — Но с условием, что вы будете мне отвечать. Иначе переписки как таковой не будет.

Кадди улыбался и согласно кивал в ответ, рассказывая о своей работе, Эдинбурге и многочисленной родне. Но стоило ему свести беседу к женщине в желании хоть что-нибудь узнать о ней, она отвечала уклончиво, умело переводя разговор на другую тему.

Утром она успела попотчевать Кадди тоненькими картофельными блинчиками. Без сомнений, незнакомое ему блюдо понравилось. Ничего подобного ранее он не ел.

В процессе готовки доктор находился рядом, наблюдая, как женщина добавляет сырой тёртый картофель в тесто из молока, яиц и муки.

— Сюда же немного соли, чёрного перца, чеснока, укропа и… натёртого сыра, — комментировала она свои действия, загадочно поглядывая на мужчину. — Затем пожарим на хорошо разогретой сковороде и… Запоминайте, мсьё Макинтайр. Ваши дети полюбят его, — смеялась она.

Не обошлось в это утро и без неприятностей. Запаковывая фолиант, Ольга осмотрела его со всех сторон. Заглянула и в него в надежде прочитать хоть что-нибудь. Увы, листы не просто спрессовались, они потемнели и сморщились.