Ищущий Битву

Маркиза, мне грустно вам об этом говорить, но вся история вашего слуги – ложь от первого до последнего слова. Герцог Лейтонбург охотится за вами, как кот за мышью, а я могу вас заверить, что его высочество принц Оттон фон Гогенштауфен – один из опаснейших людей Европы. Прошу вас, подумайте еще раз, что ему может быть от вас нужно?

– Не знаю, – не раздумывая, ответила она, честно глядя на меня своими огромными глазами.

Я готов был поклясться на мече, что она знает все и еще немножко. Остаток пути мы проделали молча.

«Святой Николай» покачивался на тихой волне, освещенный предательски полной луной. Тихий ветер шелестел в кронах могучих деревьев. Мы спешились и прошли на пирс. Караулка посвечивала вновь навешенной, но еще не крашенной дверью. Лис подошел к ней и подергал за ручку. Тщетно. Дверь была крепко заперта изнутри.

– Инстинкт самосохранения – одно из величайших приобретений живого существа в ходе эволюции, – философски изрек он и залихватски свистнул в два пальца.

С корабля послышался ответный свист, и судно медленно начало подчаливать к берегу.

– Эй, неживые! Три тысячи гортингонских ведьм, сходни спускайте! – донесся до нас голос Ганса Гигера, после всех сегодняшних треволнений звучавший небесной музыкой.

Старина Рон суетливо бросился помогать своей госпоже.

– Эдвар, Рон, несите лорда Томаса в капитанскую каюту. Маркизе постелите там же, – командовал Лис.

– Э-э-э! Акула вас заешь! Это моя каюта! – поспешно возмутился шкипер.

– Ну конечно же, конечно же, твоя. – Рейнар приятельски положил руку на плечо Гигера. – Но понимаешь, в чем дело, Ганс. Цвет твоего лица говорит о том, что ты слишком много пьешь.

– Да какое твое дело! Рог Вельзевула! – взревел рыжий мореход.

– Тише, тише, дружище. Ради бога, не волнуйся, – ласково продолжал мой напарник. – Один рыцарь сегодня вот точно так же волновался…

– Что, что? Помер! Царствие ему небесное. Упал так на пол, ручкой дерг, ножкой дрыг, и все. А тоже душевный был человек. Нервный только.

– Ты это об чем? – тоном пониже осведомился Ганс.

– А я это об том, дорогой мой, что ночи сейчас стоят теплые. Воздух свежий, чистый. – Лис шумно вдохнул ночные ароматы. – Прямо не воздух, а бальзам для ран. Так что ежели ты поспишь пока на юте, это тебе только на пользу пойдет. А чтобы тебе скучно не было, с тобой вот этот малыш рядом прикорнет. – Лис кивнул на Меркадье. – Он тоже последнее время жутко нервный. Сегодня двум кнехтам головы, как орехи, расколол, они даже ойкнуть не успели.

Шкипер выругался себе под нос и накинулся на матросов, ставящих парус. «Святой Николай» отчалил от пирса и тихо пошел вниз по течению.

– Сегодня ночью до Хорстингена дойдем. Угораздило же нас по темени идти, – поднимаясь к нам, буркнул капитан.

– Ничего, луна вон как светит.