Ищущий Битву

Инельмо – имя это заставило мою мысль затормозить на полном ходу: «Постой-ка, что, право, за шарада? Инельмо или Арним?»

Я думал довольно долго и уж совсем было решил плюнуть на это дело, когда разгадка сама рухнула мне в руки, простая, как мычание. Конечно же! Эмрис – Мерлин, Арним – Инельмо! Я чуть было не расхохотался.

Истинное имя! Имя, позволяющее держать мага в повиновении. Для всех остальных он – Инельмо Великий, да хоть бы и трижды величайший, а для Лейтонбурга – Арним. Это открытие давало мне кое-какие новые возможности, но я еще слабо представлял себе какие. В голову все больше лезли джинны, разрушающие города и строящие дворцы, и какие-то придурки, таскающие эти дворцы с места на место. Увы, здесь была отнюдь не сказка, и магия, при всех ее возможностях, имела свои четкие законы, которые, кстати, я представлял себе весьма смутно.

Возможно, я подумал бы на эту тему еще некоторое время, может быть, и изобрел какой-нибудь велосипед, но размышления мои были прерваны грубым окриком:

Столь лестный эпитет явно относился не ко мне. Я не имел привычки спать стоя.

Храп прекратился и превратился в смущенное бормотание. Затем дверь с привычным скрежетом отворилась, и тот же властный голос, что минуту назад желал доброго утра моему тюремщику, произнес: «Рыцарь Вальдар Камдил, извольте следовать за мной!»

В коридоре меня ждал караул еще больше прежнего. «Ставки растут», – отметил про себя я. Мы вновь кружили по коридорам и переходам, карабкались вверх-вниз по крутейшим винтовым лестницам, и вот, когда последняя из них, такая длинная, что я уж было решил, что на самом деле это, очевидно, черный ход в царствие небесное, наконец закончилась, мы очутились в небольшой круглой комнате с решетками на окнах. Однако все же здесь были окна. Здесь также был топчан, сколоченный из плохо обструганных досок и покрытый потертым тюфяком. Конечно, он слабо напоминал брачное ложе Короля-Солнце, но это все же была не охапка прелой соломы.

– Ба! – воскликнул я, подходя к окну. – У меня теперь номер люкс с видом на… С видом на куда угодно.

Я находился на высоте пяти сотен ярдов над землей, в одной из самых высоких башен замка, примостившейся на отвесной скале. Внизу подо мной темнели склоны Шарфенберга, поросшие лесом. Ниже леса сменялись виноградниками. Потом виноградники резко обрывались, и река, пенясь и обрушиваясь с грохотом на перекатах, четкой границей отделяла гору от равнины.

Там, внизу, на равнине лежал город, маленький и нескладный с этакой высоты. Вдали я, присмотревшись, мог увидеть башни и шпили окрестных замков, совсем игрушечные на фоне бескрайнего синего неба.

Внезапно какой-то звук, даже не звук, а дальний отголосок звука привлек мое внимание. Я поискал глазами его причину.