Исчезнувший

Если вас так заинтересовал мой клуб, почему вы не обратились ко мне и не попросили показать здесь все? Почему проникли в частные владения тайно, точно воришки мелкие?

Звонникова речь Рубана смутила, но на Гурова не произвела ровным счетом никакого впечатления. Он смотрел прямо в глаза Рубана и молчал. Рубану это не понравилось. Он сделал движение рукой, и питбуль снова зарычал.

– Вот поэтому мы и пришли без приглашения, – прокомментировал выходку Рубана Гуров. – Уж больно неоднозначный прием вы оказываете незнакомцам.

– Разве? Мне казалось, что я достаточно гостеприимный хозяин. – Рубан сверкнул зубами, в керамической белизне которых блестели вкрапления бриллиантов.

Лев поморщился. «Еще и рисовщик, это ко всему-то прочему», – промелькнуло в голове.

– Вас что-то расстроило? – невинным голосом осведомился Рубан.

– Ничуть. Я бы назвал свое состояние несколько иначе.

– Я не расстроен, а обеспокоен. – Гуров старался говорить ровным тоном, чтобы не волновать питбуля. – Сказать, чем именно?

– Будьте так любезны, – Рубан улыбался, но за его улыбкой угадывалась напряженная работа мысли. Лев понимал, чем вызвано это состояние. Дело в том, что Рубан никак не мог понять, с кем имеет дело, и это ему не нравилось. Гораздо проще выстроить тактику общения, когда понимаешь, кто перед тобой. В случае с Гуровым это не сработало. Рубан полагал, что человек он непростой, раз решился проникнуть на частную территорию, и, будучи пойманным с поличным, не потерял самообладания. Но кто он, этого Рубан понять не мог.

– Шесть дней назад пропал мой друг, Николай Ольшевский, – невозмутимо начал Гуров. – Вам знакомо это имя?

– Полагаете, я должен его знать? – Рубан все еще улыбался, но теперь и Звонникову стало понятно, что улыбка эта искусственная.

– Полагаю, вы можете быть знакомы, – уклонился от прямого обвинения Лев. – Николай Ольшевский увлекался многими вещами. Одним из его увлечений были собачьи бои. Такое вот странное увлечение.

– Каждый человек имеет право на свои пристрастия, – заметил Рубан.

– Возможно, вы и правы. О вкусах не спорят, верно? – Гуров выждал паузу, затем продолжил: – А два дня назад пропал мой второй друг, Стас Крячко. Это имя вам о чем-то говорит?

– Я и с ним должен быть знаком? Удивительно, мы с вами уж точно не знакомы, а, по вашему мнению, имеем аж двух общих друзей. Сейчас вы заявите, что и вас я должен знать?

– Скорее всего, так и есть, – легко согласился Гуров. – Вот, взгляните.

Он достал из кармана удостоверение, открыл и развернул внутренней стороной к Рубану. Удостоверение сотрудника полиции все поставило на свои места. Рубан расслабился, хотя виду не показал. Вот почему этот уже немолодой мужчина держится так уверенно.