Исчезновение Стефани Мейлер

Люди сегодня прессу не читают, рекламодатели в нас не заинтересованы. Прежде мы были серьезной районной газетой, нас читали и уважали. А теперь с чего вы вдруг станете читать «Орфеа кроникл», если можете читать в сети «Нью-Йорк таймс»? Не говоря уж о тех, кто больше вообще ничего не читает и черпает информацию из фейсбука.

— Когда вы видели Стефани последний раз? — спросил я.

— В понедельник утром. На еженедельной летучке.

— Вы не заметили ничего особенного в ее поведении? Что-нибудь необычное?

— Нет, ничего такого. Я знаю, что родители Стефани волнуются, но я и им, и Монтейну, помощнику шефа полиции Орфеа, уже вчера объяснил, что поздно вечером в понедельник Стефани прислала мне эсэмэску, написала, что ей надо отлучиться.

Он вынул из кармана мобильник и показал мне сообщение. Получено в полночь с понедельника на вторник:

Мне надо на время уехать из Орфеа. Это важно. Я тебе все объясню.

— И с тех пор вы не получали от нее никаких известий? — спросил я.

— Нет. Но, честно говоря, меня это не тревожит. Стефани — очень независимая журналистка. Над статьями она работает в собственном ритме. Я не особо вмешиваюсь в то, что она делает.

— О чем она сейчас пишет?

— О театральном фестивале. У нас в Орфеа каждый год в конце июля проходит важный театральный фестиваль…

— Да, я в курсе.

— Так вот, Стефани решила показать фестиваль изнутри и готовит цикл статей на эту тему. Сейчас берет интервью у волонтеров, на которых держится фестиваль.

— И она имеет обыкновение вот так «исчезать»? — поинтересовался я.

— Я бы сказал, «отлучаться», — уточнил Майкл Берд. — Да, она регулярно бывает в отъезде. Работа журналиста, знаете ли, требует часто отрываться от письменного стола.

— Стефани говорила вам о том, что ведет масштабное расследование? — спросил я напоследок. — По ее словам, она в понедельник вечером должна была с кем-то встречаться по этому поводу…

Я намеренно говорил уклончиво, не вдаваясь в детали. Но Майкл Берд покачал головой:

— Нет, мне она ничего не говорила.

По выходе из редакции Монтейн предложил мне покинуть город: он не видел поводов для беспокойства.

— Шеф хочет знать, уезжаете вы сейчас или нет.

— Да, — ответил я, — по-моему, я уже все осмотрел.

В машине я вскрыл конверт, который обнаружил в почтовом ящике Стефани. Это была выписка с кредитной карты, и я внимательно ее изучил.

Помимо бытовых трат (бензин, покупки в супермаркете и в книжном магазине Орфеа, снятие наличных), мне бросилась в глаза регулярная уплата дорожной пошлины на въезде в Манхэттен. Стефани в последнее время часто ездила в Нью-Йорк. А главное, покупала билет на самолет до Лос-Анджелеса: короткий перелет туда-обратно, с 10 по 13 июня. Несколько платежей на месте, в частности оплата гостиницы, — значит, поездка состоялась.