Лунатик исчезает в полночь

И тут же спросила: – А они долго на лице держатся? Когда сойдут, следы не останутся?

Я, не отвечая, развернулась и пошла в подъезд.

– Как я рада вас видеть, девочки! – воскликнула хозяйка дома, сама открывшая дверь. – Заходите скорей, не надо, чтобы грязь с улицы проникла в квартиру. У нас особая очистка воздуха, Коля из Швейцарии выписал. Дышим горной свежестью, а не московским смогом. Туфельки поставьте вон туда, держите тапочки, они новые.

Я быстро сбросила лодочки и надела неожиданно мягкие пантофли.

– Это же лапти, – удивилась Миранда.

– Правильно, они сплетены из экологически чистой коры деревьев, которые растут в долине реки Нгуси. Слышали о такой?

– Нет, – хором ответили мы.

– Водная артерия находится в дебрях Африки, – пояснила Ксения Фролова. – Ну, пойдемте на мою половину, нам туда принесут чай и легкий перекус.

– Ой, я так проголодалась! – обрадовалась Миранда.

Я незаметно ущипнула ее за спину.

– Ай! – взвизгнула она.

– Что такое? – насторожилась хозяйка.

– Моя ассистентка выразила восхищение при виде картины, – живо ответила я, – ее поразило полотно на стене.

Фролова остановилась у холста с изображением синей машины без колес. Из крыши автомобиля торчал зеленый винт, на дверцах были нарисованы медведи с оскаленными клыками, с которых капала кровь, с капота свисали отрубленные руки-ноги, на багажнике стояла человеческая голова, а рядом сидела обезьяна с банкой сгущенки в лапах.

– Прекрасная вещь. Называется «Прародительница художника».

– Жуть жутчайшая… – прошептала Миранда, явно собираясь еще что-то добавить.

Я немедленно наступила ей на ногу. Современное искусство не мой конек, я плохо в нем разбираюсь. На мой взгляд, картина отвратительна, но вполне вероятно, она стоит больших денег и нравится Ксении. Нельзя критиковать убранство чужого дома, это просто невоспитанно.

– Сюда, сюда, – щебетала Фролова, заводя нас в комнату. – Вам тут будет удобно?

– Прекрасно, – заверила я. – Миранда, аккуратно разложи все необходимое.

– Это как? – задала вопрос ученица.

Я не успела ответить, как из нее полился поток слов:

– Вау! Зачем рукомойник отделан соломой? А почему стены обиты циновками? И телика тут нет.

– В нашем с Николаем доме исключительно здоровая обстановка. Мы носим одежду, которую сшили по старинной технологии: сеяли лен, собирали его руками, мяли, отбивали, ткали полотно. В отделке квартиры использованы джут, керамика, деревянные панели. Телевизор излучает вредные волны, на моей половине его действительно нет. Впрочем, компьютера и мобильного тоже. Но сын Ваня, к моему глубокому огорчению, пользуется адскими аппаратами.

– Как же вы живете? – поразилась Миранда.

– Займись кистями и палетками с тенями, – сквозь зубы процедила я.