Барышня ищет работу (СИ)

Поэтому — живут приезжие студенты, а теперь и ты поживёшь. Понимаешь, такие маги, как мы с тобой — они редки. Это ж не боевой маг какой-нибудь там, или даже не стихийник, их тоже много. Некроманты — птицы редкие, а некроманты женского полу — редкие вдвойне. И знаешь, о бабушке-то твоей любопытно, конечно, разузнать. Рогнеда, говоришь, Витольдовна, по фамилии Спасская. Любопытно, весьма любопытно. И как полностью звали сына её, твоего, стало быть, отца, мы ведь тоже сведений не имеем, так?

— Так, — согласилась я.

— Никогда не слышал о Дмитрии Спасском, а должен был, наверное. Поэтому придётся поискать. Потыкать кое-каких знакомцев, пусть поспрашивают. И документы поглядят. Кстати, о документах. Болотников прислал мне договор о твоём обучении, но чует моё сердце, посмотрим мы его с тобой уже завтра. Сейчас поешь да пойдёшь обустраиваться.

Тут вернулась Анна Мироновна и велела нам обоим идти за стол.

— Можно ли… руки помыть? — спросила у неё я.

— Конечно, что ж молчишь-то, голубушка, ещё и чаю, поди, напилась, — хозяйка подхватила меня под руку и повлекла по коридору куда-то вдаль.

Вдали за обычной белой дверью я увидела отлично оборудованную ванную. Вот прямо настоящую ванную — с фарфоровой, наверное, раковиной и такой же ванной, с большим зеркалом на стене, с блестящими золотом кранами. И с унитазом, не поверите, с нормальным белым унитазом. Комната была вдвое более, чем у Софьи Людвиговны, и вся сантехника выглядела не просто новенькой, но ещё и очень недешевой. Вот что значит — столица!

— Не встречала такого дива, да? — усмехнулась хозяйка. — О прошлом годе раскошелились и по всему дому сделали. Тут для гостей, у нас в покоях тоже есть, и у тебя во флигеле.

— И… вода горячая, да? — несмело спросила я, но раз у Софьи была, то и здесь тоже должно быть.

— Магический подогрев, — с гордостью кивнула она.

— В Сибирске всё скромнее. В тех домах, где мне доводилось бывать, — добавила я.

— Но, кажется, доводилось видеть такое диво? — хозяйка смотрела испытующе.

— Верно, доводилось, — кивнула я.

— Вот и славно. Мимо столовой мы с тобой проходили, не заблудишься?

— Нет, я заметила, спасибо.

— Значит, приходи.

Хозяйка величественно отбыла, а я заперла дверь на щеколду и принялась радостно мыть руки горячей водой с мылом и делать всё прочее, что положено с дороги и после чаепития. Потом ещё и умылась, и вовсе почувствовала себя человеком, стоящим на пороге великих и позитивных перемен.

Обеда я почти что и не запомнила. Похлёбка, запечёные овощи, кто-то ещё и пост держит, а кто-то нет. Запили чаем. А после Анна Мироновна проводила меня в тот самый флигель.

Это была одноэтажная пристройка к дому, состоящая из двух комнат и ванной — с теми же восхитительными удобствами.