Барышня ищет разгадки (СИ)

Соколовский в этот момент о чём-то спрашивал Черемисина, а инженер спросил:

— Вы не откликались по магической связи — потому что были заняты?

Я, кажется, даже немного покраснела.

— Потому что очень плохо тогда умела пользоваться той магической связью, — сказала честно. — Теперь умею значительно лучше.

Вот так, человек-то меня, оказывается, звал, как и обещал, это я не отзывалась и вообще о нём позабыла. Ветреная барышня, да?

Нас позвали к столу, и мы двинулись, причём Соколовский вновь предложил мне руку. Я не отказалась.

— Скажите, вы не пробовали посмотреть на уважаемую восточную госпожу из пространства теней? — тихонько спросил он меня.

— Нет, а… для чего это нужно? — не поняла я.

— А вы взгляните, любопытно, — усмехнулся он. — Вот пока все движутся и немного хаос, вы и взгляните.

Я вздохнула… и на мгновение оказалась в тенях. И быстро осмотрела гостей.

Люди, как люди. Все. Кроме китаянки Фань-Фань — у неё за спиной трепетали небольшие перепончатые крылья, а кожа переливалась чешуёй. Из-под платья с одной стороны виднелся мощный хвост, а с другой — вовсе не ноги в туфельках, а когтистые лапы. Я вынырнула наружу, изумлённая.

— Что это такое? — спросила я сдавленным шёпотом.

— Очевидно, дракон, я таких тоже раньше не встречал, — ответил Соколовский тоже шёпотом. — И нет, это не может быть наша с вами цель, та определённо другая.

Оставалось только согласиться, потому что — сказать-то мне было и нечего.

А в столовой поджидал ещё один гость, маг преклонных лет, с ним беседовал Болотников. И Соколовский учтиво ему поклонился.

— Здравствуйте, молодой человек, — ответил маг. — А ваша дама — это та самая, что не побоялась схватиться с лисой-оборотнем?

— Она самая. Ольга Дмитриевна, это Фаддей Петрович Бельский, автор заметок, которые вы читали вчера, — сообщил несколько удивлённый Соколовский.

А дальше мы рассаживались за столом — я оказалась между Соколовским и хозяином дома, закуски умопомрачительно пахли, а нам всем несли горшочки, закрытые лепёшками, и горшочки были с чем? С пельменями.

Пельмени — это прекрасно, люблю пельмени, сто лет не ела. А тут всё было гармонично — и насыщенный бульон, и тонкое, но плотное тесто, и рубленое мясо с луком и специями, и полоски печёнки на дне горшочка. Благодать, в общем.

Соколовский тоже блаженствовал — ел медленно, аккуратно и улыбался.

— Вот умеют же люди найти хорошего повара, — сказал тихонечко.

Я усмехнулась.

— Зато у вас Алексей.

— Это верно, если бы не он — некому было бы заботиться о моём приличном виде, — усмехнулся признанный франт губернского города Сибирска.

Говорили о всяком и разном — будут ли ещё сильные морозы, долго ли до весны, что дают в театре и в синематографе, куда отправился губернатор и долго ли там пробудет.