Исцелю тебя любовью (СИ)

Как зверь в клетке, кружусь по комнате, но взять себя в руки не получается. Слова Алексея эхом звучат в мозгу и ранят снова и снова.

Противоречивые чувства борются внутри, буквально разрывая на части. Одно уговаривает принять ситуацию как есть. Пойти к Ветке и все честно рассказать. Предоставить ей решать самой. Если она согласится остаться, попробовать стать счастливыми, вместе...

Второе же требует выкинуть все мысли о Свете из головы. Дать ей понять раз и навсегда, что между нами ничего не может быть. Я никогда не стану полноценным мужчиной, не смогу дать ей детей, которых она так хотела...

Внутри разгоняется такой ураган из эмоций, что меня едва не сносит. Еще и одолевают непрошеные воспоминания. Пройдя испытание холодностью и отчужденностью снежной королевы, я наконец, заполучил свое счастье... Ветка... Отчаянно любил и надышаться ею не мог, а она бросила меня... Вот так просто. А я не могу. У меня не получается отказаться от нее.

Невольно сжимаю руки в кулаки, отголоски той боли до сих пор не потухли во мне. И периодически еще опаляют изнутри. А теперь и добавляются новые. Растираю лицо дрожащими ладонями. Как же непросто делать выбор. Мучительный и уничтожающий. Я сдохну либо сразу, либо постепенно. Перспектива так себе...

Замечаю на спинке стула пиджак Светы, и решение приходит мгновенно. Хватаю его, кидаю на колени и выруливаю в коридор. Осторожно открываю дверь в ее комнату и въезжаю внутрь.

Ветка спит, свернувшись калачиком и подложив ладони под щеку. Невольно любуюсь ей, такая нежная и трогательная, будто маленькая девочка. Поддавшись порыву, беру плед со стула и заботливо укрываю ее. Как будто случайно задерживаю руки на ее теле и забываю, как дышать.

Не понимаю, как можно заставить Ветку поверить в то, что я ее не люблю, если мне дышать без нее тяжело? Это просто невозможно. Особенно теперь, когда она так близко. Рядом. Такая родная и необходимая.

Ничего не выйдет, надо уезжать, но не могу себя заставить пошевелиться. Все сижу и смотрю, как Ветка спит. Ее ресницы дрожат и распахиваются.

— Сашка... — нежно шепчет она, а у меня внутри все переворачивается.

— Как ты? — осторожно интересуюсь и прячу глаза. Слишком больно.

— Лучше. — Ветка садится и сладко тянется, а я жадно слежу за каждым ее движением. — Вы давно приехали?

— Давно, Алексей домой уехал... — нервно сглатываю. — Обещал тебе позвонить...

— Хорошо, а ты чего здесь?

— Вот, пиджак твой принес... — чувствую себя идиотом. Как подросток, которого застукали за просмотром эротики.

— Спасибо. — Она лукаво улыбается, понимая мой финт — Как все прошло?

Реальность безжалостная, но я не могу ее принять. Не сейчас. И Ветке не могу ничего рассказать. Язык не поворачивается. Пусть Алексей сам. Я трус? Возможно.