Исцели меня (СИ)

Что вообще происходит? Ладно, двинуть в ответ ему ногой я не могу, но ведь… что-то сказать могу. И руки. Руки мне на что? Ну что мне стоит ударить его по ладоням? Ну сделай хоть что-нибудь, Соня.

— Ты копишь во рту слюну, чтобы плюнуть в меня, потому что не можешь ударить ногой? — тихий голос Глеба нарушает внезапно возникшую паузу.

— Не коплю, — шумно сглатываю.

— Но задумываешься об этом, — скорее утверждает, чем спрашивает. Забавно, но здесь он не прав. — Твои вопросы иссякли?

— Не иссякли, — по сути, он ведь не делает ничего плохого или пошлого. Втирает вроде бы как крем и выше коленей меня не касается.

— Ну так спрашивай и можешь для разнообразия перевести взгляд с моих рук на меня.

— Ты когда-нибудь был женат? — перевожу взгляд на его лицо.

— Нет, — без пауз отвечает Глеб, смотря мне в глаза.

— А в телефоне правда твоя кошка? Или это очередное разводилово, как и с женщиной?

— Правда. Мария, между прочим, уже женщина-кошка. Так что я не врал.

— Да неужели? И такие бывают?

— Конечно, бывают.

— И где она сейчас?

— Я же сказал — с моей бабушкой. Не могу ее пока забрать.

— Бабушку? Или Машку?

— Будь добра, никакой Машки. Она — Мария.

— Может еще по имени отчеству ее звать, когда буду тискать?

— Можешь называть ее Мари. И нет, увы, тискать ее у тебя не получится.

— Дай угадаю, ты боишься, что как только ты заберешь ее в дом, все внимание твоей кошки будет направлено на меня? Тогда я скажу тебе, что ты псих.

— Ну если я псих, Соня, тогда и разговаривать надо со мной осторожнее, — поглаживая мои коленки заключает Глеб, при этом подмигивает мне. — На самом деле все проще. Моя Мария — злюка. Она не любит людей и с ними не уживается. Даже с моей бабушкой с большим трудом. Хотя та крайне положительная старушка. Исключение составляют собаки. К ним она, как ни странно, относится положительно. Ну и я. Меня она любит, — могу поклясться, что последнюю фразу Глеб произнес с какой-то… гордостью что ли.

— Дай угадаю, потому что ты ее где-нибудь подобрал?

— Нет. Я ее забрал у своих нехороших знакомых.

— Нехороших?

— Да. Они не могли найти с ней общий язык и хотели вернуть заводчице. Увы, некоторым свойственно сдаваться при любых трудностях. Проще ведь спихнуть. Вот так девятимесячная злюка Мария оказалась у меня.

— Ну да… ты, как оказалось, любитель тяжелых случаев.

— Терпение и труд — все перетрут. Со мной Мари — шелковая, потому что я нашел к ней правильный подход. Хотя было трудно. Кота я ей нашел именно по этой причине.

— По какой?

— Чтобы добрее стала, — усмехается.

— И после кота подобрела?"

"— Нет. Кот сделал из нее женщину, ей не понравилось, и она его травмировала.

— Шутишь? — не скрывая улыбки выдаю я.

— Нет. Честно, — улыбается в ответ. — Расцарапала его так, что мне пришлось оплачивать его лечение.