All Flesh is Grass

Какая досада, что лазерное ружье сломано! Единственное оружие, которым мы располагаем, — это баллистическая винтовка Сары. For a moment I thought that after all we would reach our point of intersection before they had arrived, that we would move on past them and be on our way and free of them. Одно время я даже надеялся, что мы опередим их и сможем спокойно продолжать путь. But I miscalculated and they came rolling up on us, the edge of that great humping carpet of them hitting us broadside as we cross their front.Но я ошибся, они накатывались на нас, и мы задевали ногами за край огромного ковра. They were small, not more than a foot or so in height and they looked like naked snails except that instead of snail faces they had a parody of human faces-the kind of ridiculous, vacant, pitifully staring faces that can be found upon certain cartoon characters, and now their keening wails turned into words-not into the actual sound of words, perhaps, but inside one's head that sound of wailing turned into words and you know what they were crying. Not all of them were crying the same thing, but crying about the same thing and it was horrible.Букашки оказались крохотными — не более фута в высоту и выглядели как улитки. Только вместо улиточьих рожиц у них были человеческие лица, или, скорее всего, пародии на них смешные, безучастные, большеглазые физиономии — такие встречаются в мультфильмах. Визги букашек стали отчетливей и превратились в слова. Естественно, это были не слова, составленные из определенных звуков, но так или иначе их взвизгиванье и вой воспринимались как слова, и было понятно, что именно они кричат. Они выкрикивали разное, но каждый раз об одном и том же, и это было ужасно.Homeless, they cried in their many tongues. You have made us homeless. You have destroyed our home and now we have no home and what will become of us? We are lost. We are naked. We are hungry. We will die. We know no other place. We want no other place. — Мы бездомные, — многоголосо кричали они. — Ты лишил нас крова. Ты разрушил наш кров, и теперь у нас нет крыши над головой. Что же с нами будет? Мы в растерянности. Мы нищие. Мы голодные. Мы погибнем. Мы не знаем, куда податься. Мы не желаем другого дома. We wanted so little and we needed so little and now you have taken that very little from us. What right did you have to take that very little from us-you who have so much? What kind of creatures are you that you fling us out into a world we do not want and cannot know and cannot even live in? Мы довольствовались малым, а теперь ты забрал у нас и это. Какое право имел ты обездолить нас ты, обладающий многим? Что это за существо, которое вышвырнуло нас в мир, неизвестный, ненужный? You need not answer us, of course. But there will be a time when an answer will be asked of you and what will be your answer?Можешь не отвечать. Но рано или поздно тебе придется дать ответ — и что ты скажешь?It wasn't that way, of course, not all of it flowing together, not connected, not a definitive statement, not a structured question. Конечно же, слова не были связаны, не лились сплошным потоком, не заключали утверждений, не складывались в вопросы.But in the bits and pieces of the crying that hammered in on us that is what it meant, that is what those slimy, bumping, bereft creatures meant to say to us-knowing, I think, that there was nothing we could do for them or would be willing to do for them, but wanting us to realize the full enormity of what we'd done to them.