Иржина

Во второй – на следующий день, как сказал папа. Но я не помню, меня усыпляли все время. А вот в третий… Но они ничего мне не сделали. Не били и кормили хорошо, даже книгу какую-то дали, только я не могла читать. И мазь от синяков и ушибов предложили. Эта их доброта… Она была очень страшной и непонятной, потому что перед этим убили двух моих телохранителей и водителя. Они были хорошие ребята, а у одного – жена и ребенок маленький… – Я проглотила комок в горле. – Папа выплатил потом хорошую компенсацию, чтобы вдова смогла вырастить малыша, не нуждаясь. Но человека было уже не вернуть.

– Ты не виновата.

– А кто виноват, Ян? Ведь зачем-то меня похищали. А я до сих пор не знаю зачем. А потом меня нашли. И тот мужчина, который трое суток приглядывал за мной… Он сражался до последнего и так ничего и не объяснил. Его тоже не стало, как и… – договорить я не смогла, да и ни к чему.

– А что сказал лорд эль Бланк?

– Ничего. Просил, чтобы я была сильной и храброй. И учил меня всему. Самообороне, тренироваться заставлял, не запрещал осваивать мотолет и машины. Я даже на курсах экстремального вождения была. Чтению карт, умению выжить в лесу. Мы в походы ходили, ох и гонял он меня… Но я не воин и не стану им никогда, телосложение не позволяет. Я ведь не могу перекачивать тело.

– А как так получилось, что ты до сих пор не замужем? Прости за вопрос, но… Обычно девушек твоего круга очень рано выдают замуж по политическим соображениям или же просто укрепляя родовые связи.

– Папа не заставлял. Да и неинтересна я была родовитым аристократам.

– Ну а сама? Ты никого не встретила, чтобы…"

"– Ян, ты вроде не наивная юная леди, чтобы верить в то, что вокруг меня появлялись мужчины, которым было не интересно мое будущее наследство, но при этом сами они являлись владельцами чего-то равного. – Я даже фыркнула. – А мои друзья из мотоклуба – обычные ребята, не аристократы. И никто не позволил бы мне выйти ни за одного из них, даже если бы мы влюбились друг в друга. Ухаживали за мной многие… младшие сыновья не слишком родовитых семейств. Только рано или поздно звучал вопрос, а все ли я наследую после отца и не собирается ли он жениться и обзавестись сыном… И не всегда вопрос задавали сами мои кавалеры. У них ведь тоже есть родня.

– Тебя это расстраивает? – Себастьян искоса глянул на меня, так как все время разговора мы оба смотрели прямо перед собой, стараясь не сталкиваться взглядами.

Расстраивает ли это меня? Он еще спрашивает… А сам-то он как думает? Может ли девушку не расстраивать то, что сама по себе она никому не нужна, а всех интересует исключительно ее наследство. И только ради него мужчины готовы закрыть глаза на ее сомнительное происхождение. И ладно бы я была уродиной, больной, кривой, косой или дурой набитой.