Ирландская роза

Когда выровнялось дыхание и сердцебиение, Хью освободил ее от своей тяжести, лег рядом и бережно прижал к себе.

– Не уходи, – всхлипнула она, уткнувшись ему в плечо.

– Никогда, – ответил он, целуя ее, но глаза Кэтрин уже смыкались в сладкой дреме.

Хью с нежностью разглядывал жену, внезапно он понял, что любит эту женщину больше всех на свете. Он вспомнил, как она сопротивлялась ему вначале, и подумал со вздохом, что она, видимо, все еще любит Шона. А значит, она не должна пока знать о его, Хью, любви. Он не собирался вкладывать ей в руки оружие, благодаря которому она в любой момент сможет одержать над ним верх!

Хью пробудился перед рассветом. Кэтрин спала, уютно устроившись у него на плече. Словно ребенок, получивший новую игрушку, он был не в силах противиться искушению и стянул с нее покрывало. С восторгом разглядывал он восхитительную, изысканную, прекрасную женщину, которая теперь принадлежала ему безраздельно. Неотразимая в своей наготе, она раскинулась, открывая его жадному взору все свои тайны. Легко, едва касаясь, он провел рукой по ноге, по соблазнительному изгибу ее бедра и выше – к мягким белоснежным холмам… Подняв глаза, Хью с удивлением встретился с манящим взглядом колдовских зеленых глаз.

– Поцелуй меня, – прошептала Кэтрин, прижимаясь к нему всем телом.

Глава 9

Зима была на исходе, и жизнь Кэтрин наконец вошла в обычное русло. Днем она занималась дочерьми и хлопотала по хозяйству, ночи же принадлежали Хью. Но несмотря на то, что каждую ночь она делили ложе, в сердце женщины закралась тревога.

Кэтрин была безнадежно влюблена в своего мужа, однако Хью ни разу не заговорил с ней о любви. Ее беспокоило равнодушие супруга, который, как ей казалось, заботился лишь о том, чтобы жена поскорее родила ему наследника. Ей и в голову не приходило, что каждый из них страдает в одиночестве, не смея первым заговорить о своих чувствах.

И все же зима принесла кое-какие перемены. После того как один из лакеев О'Нейла стал настойчиво ухаживать за Полли, Патрик наконец решился и сделал ей предложение. Свадьбу назначили на июнь.

А вот известие о другой свадьбе вызвало в Дублине массу кривотолков. Рассказывали, что леди Фиона Фицджеральд исчезла с приема, устроенного по случаю получения Хью О'Нейлом титула графа, вместе с лордом Берком. Не обнаружив своей дочери дома, обезумевший от ярости лорд Фицджеральд ворвался в спальню Берка и едва ли не за волосы вытащил из его постели свою визжащую, совсем голую дочь. Он обозвал Фиону шлюхой, и тогда лорд Берк схватился за меч, грозясь отправить старика на тот свет, если лорд Фицджеральд не оставит в покое его, Берка, будущую супругу.