Ипподром

 – Лучше две.

– Имеется, завсегда имеется, – Митрич порылся в кармане форменной тужурки, достал лекарства. – Тоже глотну, все нервы вытянули сегодня.

– Что так? – Крошин положил в рот две таблетки, запил коньяком, снова налил официанту, указал на стул.

Митрич благодарно кивнул и присел. Он в красках рассказывал, как пришли сегодня двое, друг от друга не отличишь, взяли его, старого, под руки и в машину. В кабинете другой сидит, солидный, видно начальник. Расспрашивал подробно, все больше о покойном Логинове. О том, где он в субботу сидел, да что пил и ел, с кем беседовал.

Крошин слушал равнодушно, не перебивал, вопросов не задавал, поддакивал изредка.

Официант повинился, пришлось сказать начальникам, что в ту субботу Крошин присаживался к покойному. Какой смысл скрывать-то, все одно докопаются. Не серчай, Александр, но не миновать тебе того кабинета. Крошин ответил, что Митрич поступил верно, врать в таких вопросах не следует. Вызовут так вызовут, скрывать ему, Крошину, нечего. Я так и рассудил, поддакнул Митрич. Крошин налил ему снова и спросил:

– Там-то от страха небось в горле пересохло?

– Не говори. – Митрич прихлопнул третью рюмку, повеселел. – Вроде и не виновен и мужик культурненько расспрашивает, все одно оторопь, пить страсть как хочется.

– Пить давали? – задал свой главный вопрос Крошин.

– Обязательно. Обходительный начальник, сам налил, стакан на блюдечке, чистый, сверкает аж, видно, прислуга классная у них, так протереть уметь надо.

Крошин откинулся на спинку стула, выдохнул, словно тяжесть какую тащил и теперь опустил. Отпечатки снимают, точно, вопроса нет.

– А после меня Сеньку вызвали, – Митрич показал на молодого официанта. – Он в тот вечер покойного обслуживал.

Крошин схватился за соломинку.

– Позови его. – Он уже не думал о том, что его заинтересованность может стать известной уголовному розыску. Плевать. Снимают отпечатки или не снимают?

Митрич подвел к столу худенького юношу и деликатно удалился. Крошин, отбросив осторожность, быстро задал несколько вопросов.

Молоденький официант рассказал, что ему тоже давали пить, подносили стакан тоже на блюдечке. Сеня рассказал даже больше. Во время его допроса в кабинет вошел какой-то мужчина с подносом, но на официанта не похож. Начальник, который допрашивал Сеню, сказал вошедшему: «Убери грязную посуду». Сеня еще удивился, так как стаканы были такие чистые, каких в ресторане и в начале смены не бывает.

Среди подгулявшей компании, которая шумно спорила с официантом по поводу счета, находились капитан Свиридов, лейтенанты Люся Калинина и Виктор Болтянский. Завтра фотографии беседующего с официантами преступника окажутся на столе начальства. Сначала разговор хотели записать на пленку, затем отказались.