Инженер страны Советов

При рулежке по земле мотор будет часто глохнуть. Конструктор Поликарпов выступит категорически против ненужной торопливости при испытаниях и будет отстранен.

15 декабря Вы вылетите с Центрального аэродрома в первый испытательный полет. Полетным заданием будет сделать пару кругов над аэродромом и совершить посадку. После первого круга вы увеличите радиус полета и выйдете за пределы аэродрома. Установленный на самолет двигатель М-88 крайне ненадежен и при увеличении оборотов с малых до больших глохнет. Это произойдет в воздухе при заходе на посадку. Вы начнете планировать в сторону аэродрома, но на удалении полутора километра от него крылом заденете столб линии электропередачи. Самолет развернет, и он врежется в складированные там дровяные отходы. Возгорания не произойдет, но Вас выбросит из кабины головой на арматуру. Через несколько часов Вы скончаетесь в Боткинской больнице.

Пожалуйста, примите меры к недопущению подобного. Вы нужны стране, народу, а армии как воздух нужен этот истребитель. После вашей гибели работы по нему будут окончательно свернуты.

P. S. Надеюсь на Вашу честность и порядочность, а потому прошу о письме никому не говорить, а само письмо уничтожить. На конверте есть обратный адрес, и я буду очень рад узнать, что все обошлось и Вы остались в живых. С уважением, Михаил Шершнев».

ИнтерлюдияЧкалов."

"Чкалов сидел за столом, курил одну за другой папиросы и смотрел невидящим взглядом перед собой. Несколько раз перечитанное письмо лежало перед ним. Первым желанием, когда он его открыл и прочитал, было сразу выбросить куда подальше и забыть, но интуиция буквально взвыла. Никто не мог с такой точностью предсказать события за два месяца до того, как они произойдут, да и еще и с такими деталями. Да и вообще мало кто мог знать об испытаниях новейшего истребителя и о возникших при этом проблемах. А тут некто из какого-то маленького городка в Башкирии, который и на карте-то не сразу отыщешь, описывает еще не случившиеся события, словно они уже произошли.

Бред! Или чья-то провокация. А может, сообщить о письме в органы? От этой мысли Валерий поморщился. После ареста он НКВД, мягко говоря, недолюбливал. Понимал их необходимость, но ничего с собой поделать не мог.

В конце концов он убрал в ящик стола конверт, а само письмо скомкал, положил в пепельницу и поднес к нему горящую спичку. Огонь жадно вгрызся в бумагу, пожирая ровные строчки. Поживем-увидим. До того, что должно случиться, еще почти полтора месяца.

Тем временем Татьяна начала активно готовиться к предстоящей свадьбе. В один из дней она буквально силком вытащила меня в тот самый коопторг, где продавщицей работала Зина. Выбор товара там был явно богаче, чем в обычном магазине.