Инженер Петра Великого – 3

Я же, с несколькими офицерами да командой гренадер, которых на скорую руку обучил обращаться с нашими новыми ручными гранатами с терочным запалом, засел в траншее чуть позади бастиона. На случай, если шведы прорвутся — встретим как положено.

Пару часов нас так утюжили, что брустверы на бастионе изрядно посыпались, а часть наших пушек замолчала навсегда. И тут шведская пехота полезла на штурм. Несколько пушек на редуте, который мы держали, разнесло вдребезги, расчеты либо полегли, либо разбежались кто куда. Оставшиеся пушкари пытались отстреливаться из чудом уцелевшей шестифунтовой полевушки, но палили с опаской — ствол старый, чугунный, мог и взорваться в любой момент. Шведы снова полезли, правда, не лавиной, как утром, а несколькими плотными «коробками», под прикрытием своих пушек, которые вдруг жахнули по нам еще сильнее. Синие мундиры, треуголки. Они шли, печатая шаг, как на параде, под барабанный бой, который даже сквозь весь этот адский грохот пробивался. Жуткое зрелище. Машина смерти, прет и прет, не остановишь.

Вот тут-то и должны были наши «хитрости» сработать. Я ведь, еще готовя оборону, настоял на том, чтобы хотя бы часть солдат вооружить примитивными штыками — трехгранными клинками, которые вставлялись прямо в ствол фузеи (багинеты уже были известны, здесь же чуть другая форма, более современная). Это была моя давняя задумка, попытка дать пехоте хоть какое-то преимущество в рукопашной, превратив ружье в подобие короткого копья. Правда, солдаты приняли новинку без особого восторга, да и времени на полноценное обучение владению этим гибридом катастрофически не хватало. Так что, хоть штыки и были розданы, я сильно сомневался, что ими сумеют воспользоваться как следует. Но даже неумело примененный штык мог напугать или хотя бы замедлить противника, не ожидавшего такого «сюрприза».

— Строй держать! Без команды не палить! — надрывался где-то рядом знакомый голос капитана Нефедова, моего «номинального» ротного (сам-то я тоже капитан). Ну да, строй! Какой там к черту строй! После утренней атаки, когда шведы чуть не прорвались, от роты дай Бог если половина осталась. Мужики позабивались по щелям, по воронкам, старались и носа не высовывать под этим градом осколков и пуль.

Как только шведы подобрались на расстояние уверенного ружейного выстрела, наши солдаты, зарывшиеся в траншеи и схоронившиеся за земляными валами, открыли частый, прицельный огонь. Солдаты зашевелились, занимая места у бруствера, взводя курки. Я тоже примостился где поудобнее, выбрал позицию, откуда наступающих было хорошо видать. Моя фузея — с новыми пружинами, цементированным огнивом, подогнанным замком — была наготове.

— По первой колонне… Пли! — рявкнул капитан.

Бабахнул залп. Какой-то кривой, рваный.