Инженер Петра Великого – 2

Дело это, конечно, не одного дня, понимаю, но стратегически важное, архиважное."

"Он снова посмотрел на меня, и в его глазах я увидел какое-то новое, еще более глубокое уважение, смешанное с легким, почти отцовским удивлением.

— Ты, Смирнов, не перестаешь удивлять, — сказал Государь задумчиво. — Станки диковинные, тактика новаторская, теперь руда лапландская… Голова у тебя и на железяки заточена, и на дела государственные.

Я скромно промолчал. Главное, Государь заинтересовался. Брюс, уверен, информацию добудет. Если подтвердится, это станет новым направлением моей работы. Открытие месторождений — основа промышленности, независимость, мощь государства. Я подкинул идею с колоссальными последствиями.

Разговор не закончился. Государь был настроен поговорить по душам. Визит на завод произвел сильное впечатление.

Тишина после разговора о рудах долго не продержалась. Петр Алексеевич, откинувшись на лавку, внимательно смотрел. Глаза его светились отцовским теплом. Брюс рядом глядел с усмешкой.

— Знаешь, Смирнов, — заговорил Петр мягко, — я сегодня не только на пушки глядел. Я на порядок смотрел, какой ты завел. И на людей твоих, учеников. Впечатлен я, весьма.

Пауза. Я был ошарашен. Похвала за технические новшества — привычно. Но чтобы Петр Великий отметил мои организаторские потуги — это за гранью.

— Порядок, система, обучение, служба безопасности, — усмехнулся он, — это поважнее машин. Машина — железяка. А чтобы работала, нужны люди толковые да порядок железный. У нас с этим беда: разгильдяйство и воровство. А ты, я погляжу, и в железе смыслишь, и в душах людских, и как дело наладить.

Я опустил глаза. Государь продолжал:

— Этот твой «охтинский опыт», Смирнов, по всей Руси внедрять, на все казенные мануфактуры: Тульские, Уральские, верфи. Чтобы везде порядок образцовый, обучение, забота о государевом добре. Чтобы не воровали, дело делали на совесть, каждый рубль на пользу.

Он посмотрел в упор, я понял — сейчас прозвучит важное.

— Думается мне, Смирнов, — понизил он голос, — когда завод твой окончательно на ноги встанет, придется тебе не только Охтой заведовать. Придется и на другие заводы поездить, порядки свои завести. Дело нелегкое, сопротивление будет. Но кто-то должен. А у тебя и хватка есть, и голова варит, и желание дело делать на пользу Отечеству, — бросил выразительный взгляд на Брюса, тот и бровью не повел.

Вот это поворот! Мне, вчерашнему мастеровому, намекают на роль… главного ревизора всея Руси? Или организатора индустриальной политики? Мурашки по спине. К такому размаху я не готов.

Брюс, заметив мое смятение, вставил:

— Ваше Величество, Петр Алексеич, без сомнения, способен и предан. Но, может, дадим ему сперва довести до ума начатое на Охте? Да и «потешный бой» требует подготовки.