Иным путем

Императрица размышляла о своей судьбе, богатой на события, как приятные, так и не очень. Совсем недавно страшная смерть настигла ее старшего сына Ники. Произошло это среди бела дня в самом центре столицы Российской империи. А вот младший сын, ее любимый Мишкин, отправившись на войну, побывал в бою, был ранен, но живой вернулся домой, да не один вернулся, а с невестой.

Все российские императоры женились на представительницах иностранных королевских домов. «Самодержец не должен жениться на своих подданных», – не раз говаривал суровый император Николай I. Его сын, тесть Марии Федоровны, император Александр II, вздумал нарушить завет отца и после смерти своей супруги сочетался браком с княгиней Екатериной Долгорукой. У Романовых существовало поверье: Долгорукие несут смерть в их семью. Так и случилось – императора убили бомбисты-нигилисты.

А вот ее Мишкин смог удивить всех. Он привез с войны необычную невесту. Нельзя, сказать, что она была не ровня Романовым – японская императорская фамилия считалась одной из самых древних правящих династий мира. Правда, принцесса Масако не была православной. Но это было делом вполне поправимым – достаточно невесте сына было принять таинство Крещения, и последнее препятствие к ее браку снималось.

Ну, а то, что она лицом оказалась не совсем похожей на белолицых и белокурых германских принцесс – так это совсем даже и неплохо. Говоря по чести, Мария Федоровна продолжала с неприязнью относиться к этим надменным германцам, которые так подло обошлись с ее родной Данией, отобрав у королевства треть территории. Об этом принцесса Дагмара, даже став императрицей Марией Федоровной, никогда не забывала.

Правда, сейчас, по воле политиков, Россия и Германия оказались связанными союзным договором, к которому, кстати, примкнула и Дания. Но политика – политикой, а чувства – чувствами. Мария Федоровна умела, когда это было необходимо, улыбаться своим врагам, даже если ей совсем этого не хотелось.

А сейчас вдовствующая императрица ожидала свою будущую невестку. Масако должна была прийти в Малахитовую гостиную в сопровождении епископа Николая, который был одновременно и ее законоучителем, знакомившим японскую принцессу с основами христианства, и наставником, рассказывающим будущей супруге русского императора о стране, в которой ей предстоит жить. Ну, и еще переводчиком.

Впрочем, Масако трудолюбиво и упорно, как могут делать только японцы, учила русский язык и уже смешно произносила своим тоненьким голоском простейшие фразы, часто заменяя звук «эл» на звук «эр». Но принцесса старалась, да и учитель у нее был опытный. И потому она уже немного понимала то, о чем ей говорили.

Мария Федоровна усмехнулась.