Инволюция

 – Вы совсем ебанулись, что ли?

На это Лена отозвалась ещё большим хохотом. Я же спокойно поднялся, подошёл к телу Мутного и забрал из бокового кармана рюкзака оба брикета с наркотиками. Пусть теперь сам у меня очко за дозняк лижет.

– Поднять? – утерев слёзы, которые выступили от смеха, спросила Лена.

– Нет, пожрём вначале, – покачал головой я и усмехнулся. – Пусть валяется, над своим поведением думает.

Орехово-Зуево, типичный подмосковный городок, который во времена величия столицы выглядел чистенько и уютно. Как, впрочем, и все подмосковные города. Сейчас он уже больше напоминал заброшенные заводы конца девяностых.

Окраина смердела дерьмом и нечистотами, окна домов выбиты, а по улицам разбросано то, что не пригодилось в хозяйстве нового времени. Что-то из этого наверняка появилось в самом начале, когда люди дорвались до халявы и тащили из более богатых домов всё, что не прибито. Остальное со временем вытащили звери.

Ближе к центральной части стало относительно чище. Видимо, местный хозяин не только проповеди по воскресеньям читает, но и управляет челядью, заставляет поддерживать, какой ни есть, а порядок.

Не было ничего удивительного, что вся жизнь сосредоточилась вокруг Собора. А вот крепостную стену в современном городе видеть не совсем привычно. Ни какой-то там частокол, а добротную, несмотря на то, что сделанную из дерева.

Высота метров пять, с двумя рядами бойниц, но хоть без смотровых башен по углам. Однако даже это казалось невероятным объёмом труда, тем более для происходящего вокруг.

Как, и главное – зачем им это, я понять не мог. С другой стороны, штурмовать эту крепость при помощи лишь стрелкового оружия будет равносильно самоубийству. А ничего более крупного у населения и быть не может.

– Ни хуя себе! – удивлённо почесал затылок Царь. – О таком мне не рассказывали.

– Да уж, основательно, – высказала своё восхищение Лена. – Такой с наскоку не возьмёшь.

Мутный промолчал, хотя было видно, что ему тоже не терпится отпустить пару слов в адрес крепости. Но он строит из себя обиженного, не разговаривает ни с кем, в ответ лишь средний палец показывает.

Мы подошли ближе, отчего стены стали казаться ещё более массивными. Ворота были открыты, никто не суетился и не спешил бить тревогу, завидев пятерых путников. Видимо, какое ни есть, а сообщение здесь существует. Скорее всего, подобный посёлок в окру́ге не один.

На воротах стража – два мужика в обычном камуфляже и с автоматами на груди. Хотя под местный антураж так и просится кольчуга, меч и остроконечный шлем.

Один, тот, что постарше, дымит самокрутку, нас они осмотрели равнодушным взглядом и никак не реагировали до тех пор, пока мы не попытались пройти внутрь посёлка.

– А ну, стоять, – положил руку на рукоять автомата тот, что помладше.