Интервью с любимым

В Штатах она посетила бы премьеру фильма «Великолепный стрелок», и никакого шума в прессе не было бы — просто обычное упоминание, что она там была. Все знали, что Тайлер Харвуд там будет!

И если бы Зак встретил ее в то время, то, возможно, стал бы относиться к ней, как к бездумно порхающему мотыльку, все время занятому только благотворительными развлечениями. Могло ли так случиться, что ему понравилась бы Тайлер Харвуд? Вряд ли. Но Тайлер Вуд ему тоже не понравится, когда напишет свою скандальную статью и раскроет все его тайны!

Какая гнетущая мысль…

— Тайлер? — Зак настороженно смотрел на нее. — Тайлер, ты плачешь?

Она и не поняла, что плачет. Если бы кто-либо другой задал ей этот вопрос, она бы ответила презрительным «нет». Но то, что этот вопрос задал Зак, казалось, привело только к тому, что горячие слезы, скопившиеся под веками, хлынули по щекам, лишив ее возможности отрицать.

— Черт побери, ты плачешь!

Зак застонал, обнял ее и прижал к себе, одной рукой поддерживая ее затылок, а другой успокоительно поглаживая по спине.

Чувства переполнили ее, колени стали слабыми, и ей пришлось держаться за его плечи, чтобы не упасть.

— Если ты не хочешь идти на премьеру, то и не надо! — тихо сказал Зак, немного выпрямляясь, чтобы взять в сначала один влажный глаз, затем другой. — Не могу вынести, когда ты плачешь. Даже если ты выглядишь красивее, чем когда-либо, — добавил он охрипшим голосом, не отводя от нее глаз. Тайлер засмеялась сквозь слезы.

— Тогда ты единственный в мире мужчина, который считает красивыми красные глаза, мокрые щеки и сопливый нос!

— Если это твои глаза, то да, — уверил он. — Хотя не скажу, будто мне нравится мысль о том, что другие мужчины заставляют тебя плакать.

И он мрачно нахмурился.

— Только ты, да? — поддразнила она, внезапно поняв, что в этот мгновение в мире остались только они, Тайлер и Зак.

Зак покачал головой.

— Я не хочу заставлять тебя плакать, Тайлер. Я хотел бы совсем другое сделать с тобой!

Ее сердце, казалось, на мгновение прекратило биться, и у нее перехватило дыхание, когда она взглянула ему в глаза. Их синий цвет стал более глубоким, чем когда-либо раньше, и она видела собственное отражение в черных глубинах его расширенных зрачков.

Она проглотила застрявший в горле комок и сделала дрожащий вдох.

— У тебя уже готов список того, что ты хотел бы сделать со мной?

— Давно готов, — мягко подтвердил он. — Но в нем нет таких целомудренных поцелуев, как вчера вечером!

Тот поцелуй она долго вспоминала вчера! Лежала с открытыми глазами, снова и снова переживая тот поцелуй.