Личный интерес

Вместо этого набрасываемся друг на друга так, словно хотим съесть. И жадно целуемся.

В себя я прихожу, только когда его рука оказывается между моих ног, а язык ведет по шее.

— Савелий.... — шепчу я.

— Мммм.... — Его движения становятся медленнее. Он всё ещё посасывает мою кожу, но слушает.

— Как ты думаешь, это нормально, что мы постоянно занимаемся сексом?

— Кхм, — прокашливается Савелий. — Что ты имеешь в виду?

— Это нормально — постоянно хотеть друг друга?

Он вытирает губы и деловито хмурится.

— Мы не виделись три дня.

— Мы занимались любовью в воскресенье утром, перед тем как ты уехал. Сегодня вторник.

— Вечер вторника. Три дня как раз.

Морщинка между его бровями становится глубже, когда Савелий смотрит на меня, и не знаю, есть ли сейчас кто-то в мире для меня милее и забавнее.

— Ты не хочешь меня?

Я молчу.

— Ты очень сексуальна, Саша, поэтому я... хочу каждый день. И не по разу. Но, если у тебя другое настроение, давай просто поужинаем где-нибудь.

— И посмотрим вместе фильм?

— Фильм? — Савелий стреляет глазами в сторону. — Ладно. Можно и фильм.

Смеюсь и кидаюсь ему на шею.

— Я пошутила. Конечно, я безумно хочу тебя.

Он прижимает меня к себе и шлепает по заднице. Звонко шлепает, так, что обжигает. Тепло волной расходится по коже, и я улыбаюсь.

— Тогда поужинаем где-нибудь и ко мне? — спрашивает Савелий мягче. — Выбирай кухню: итальянская, японская, грузинская?

— Может, закажем что-то или я сама приготовлю по-быстрому? Я так замучилась на работе, что не хочу никуда идти и никого видеть. Никаких людей. Кроме тебя.

Он улыбается:

— После этого ты удивляешься, почему я тебя постоянно хочу. — И распускает мои волосы.

Глава 33

Савелий

— Вы читали биографию мыслителя Платона? — говорит Лев Семенович, налегая на боул с креветками в соусе терияки.

— Когда-то давно.

— Вы слишком молоды, чтобы что-то в вашей жизни было «давно», — смеётся он.

— Хорошо. Допустим, читал.

— Что помните?

Я пожимаю плечами.

— Он ненавидел демократию, потому что она «убила» его обожаемого учителя Сократа. Жизнь — отстой. Каждый день кого-то убивают.

— Кто о чём, а почтенный друг адвокат любую тему сведет к смерти.

— Извините. Много всего происходит сейчас.

— А на личном? Вы по-прежнему не доверяете красивым женщинам?

— То, что на личном..... давайте позволим мне сохранить в секрете.

— Почему же?

— Чтобы не компрометировать даму.

Лев Семенович смеется:

— О-о-о-о! Да вы в сомнениях! Неужели ваш фирменный цинизм дал сбой?

— Во-первых, не цинизм, а моральный релятивизм. Я не презираю мораль, а всего лишь…. — покачиваю ладонью в воздухе, — считаю ее изменчивой и ситуативной. Мне одно хорошо, вам — другое. Главное — не мстить друг другу за разные вкусы.

— Хорошо. Пускай. Тогда в чем дело?

Я молчу.