Интеллект в подарок

Ян, уловив мои мысли, тут же показал мне плетение воздушных ножей. Моих скромных запасов энергии хватит на три-четыре запуска этой магемы. Я потратил несколько минут, пока прочно не усвоил в виртуале под ускорением эту технику. Это было, кстати, очень грозное оружие. Воздушные ножи, вращаясь как пропеллер, подчистую срезали все, что попадалось на их пути.

— Не начинай боевых действий, пока не поставишь на всех бандитов своих меток, — сказал мне Ян. — Потом поступишь так, как сегодня уже делал. Откроешь по метке информационный канал и отправишь по нему магему, только не диагностики, а что-нибудь смертоносное или усыпляющее.

— А потом угрозыск будет рыть землю, чтобы докопаться до тех, кто смог их всех замочить, без применения холодного или огнестрельного оружия.

— Понятно, — вздохнул Ян, — тебе хочется пострелять. Какой же ты ещё мальчишка. В любом случае, тебе будет легче их отстреливать, зная, где они находятся. В таком доме легко спрятаться.

* * *Дом действительно был огромным. Он был двухэтажным деревянным с многочисленными пристройками, примыкающими к нему вплотную. Ходов и переходов там было немало. Одних входных дверей не меньше трёх. Народу в доме и на подворье хватало. У центральных ворот прогуливались двое, время от времени, по двору кто-нибудь пробегал. Окна были ярко освещены.

За домом виделся большой огород, спускавшийся до самой Оби. Эта усадьба была последней на улице. Забор, её огораживающий, тянулся вдоль улицы, с небольшим уклоном идущей прямо до обрыва, за которым начинался крутой спуск к воде. По краю обрыва, вдоль реки тоже тянулся сплошной высокий забор. Между обрывом и забором вилась узкая тропинка, и я пошёл по ней. Метров через 30 в заборе обнаружилась калитка, запертая на щеколду. От калитки вниз к реке вела извилистая тропинка, сбегающая к плотикам, к которым были привязаны две лодки.

Я спустился по этой тропинке вниз и продырявил обе лодки. Через 15 минут обе окажутся на дне. Вернулся к калитке и не став возиться со щеколдой, тупо подтянулся на заборе и перевалил через него. Было уже темно, и заметить меня было проблематично. Моё сумеречное зрение автоматически и плавно перешло на ночное.

Выждав минуту, обозревая открывшийся передо мной новый ландшафт, я, не скрываясь, пошёл по тропинке. Огород был пуст, весь урожай собран. Лишь ещё в одном месте осталась неубранной куча завядшей картофельной ботвы.

Тропинка привела меня к бане. В её оконце пробивался свет, и мелькали тени. Зинаиды там не было. Окошко предбанника тоже было освещено. Пришлось выключить ночное зрение и перейти на нормальное."

"Я потянул двери предбанника на себя и прошмыгнул внутрь. Осмотрел вешалку и лежанку, напротив неё.