Интеллект в подарок

Сначала зачистили высший командный состав, затем принялись за военные округа. Некоторых даже расстреляли. Но таких было мало, в основном отправляли в отставку.

— А за что расстреливали?

— За срыв обучения личного состава по новейшей методике, во сне. И не просто за срыв сроков обучения, а за отказ его проводить, за распространение лживых слухов о вреде для здоровья при таком обучении. Некоторые командиры не отпускали бойцов для сдачи экзаменов за курс военных училищ экстерном.

— Ничего себе? — удивился я.

— А как ты думал? Это же неподчинение прямому приказу вышестоящего командования. Приказы об обучении и сдачи экзаменов экстерном идут с самого верха от начальника генерального штаба и завизированные наркомом обороны. Невыполнение такого приказа есть военное преступление. Все такие приговоры были вынесены военным трибуналом. Всё согласно пунктам закона. Часть смертных приговоров была обжалована и заменена долгими сроками заключения. Расстреляли в основном тех, кто кроме этого оказался замешан в заговоре 1936 года, но тогда отделался лёгким испугом.

— Понятно, — уже спокойнее отреагировал я.

— Что лично мне не понравилось, так это то, что санкционировали скопом увольнение командиров по национальному признаку, в первую очередь тех, чьи нации имеют свою государственность: немцы, поляки, латыши и литовцы, эстонцы и финны, венгры и болгары, турки и чехи. Ну и так далее. По моим прикидкам, только за текущий год было уволено из рядов РККА где-то около 20–25 тысяч человек из числа старшего и среднего командного и начальствующего состава. Сейчас наметилась тенденция к затуханию этого процесса, но увольнения ещё продолжаются. Причём увольняют в основном командиров в возрасте 40 лет и старше, кто начинал служить ещё при царе.

— И куда их направляют? — спросил я.

— В основном на заводы, простыми рабочими. Причём без права в течение нескольких лет (от 3 до 10) менять место жительства и место работы.

— И кем их заменяют в частях? — спросил я.

— Ты не поверишь, Василий, экстернами. Вчерашний неграмотный крестьянин или полуграмотный рабочий, а через полгода он уже командир. Я, к сожалению, не в курсе, как происходит обучение во сне, какое оборудование там применяется. Кого не спросишь, никто толком ничего не знает. Говорил с несколькими курсантами, прошедшими через такое обучение, но и они мало что знают. Рассказывают какие-то сказки, в которые трудно поверить.

— Чистки затронули и военные учебные заведения, — продолжил он свой рассказ. — У нас тоже многих уволили, преподавать некому. И очное преподавание заменили тем же экстернатом. Ладно, хотя бы сохранили вступительные экзамены. Они, как и прежде проходят в сентябре.