Интеллект в подарок

И свою честь имеете, и честь службы бережёте. И люди вас уважать будут. Не забудьте доложить о происшествии своему начальству и слова мои в точности передайте. А я тоже доложу кому следует, как в сланом городе Минске госбезопасность службу несёт.

Пока лейтенант приходил в себя, я отправил ему ментальный посыл продолжать патрулирование. Кроме этого я внушил ему убеждение, что документы у всех у нас в полном порядке и подозрений они не вызывают.

А лейтенант Шестак, продолжая патрулирование рынка, безуспешно пытался вспомнить фамилию этого задиристого пехотного лейтенанта с медалью ""За отвагу"" на груди. И ещё ему было стыдно, что он так лопухнулся и не представился перед проверкой документов. Останавливая для проверки документов гражданских лиц, он и не думал козырять этим штафиркам. Скоро это вошло у него в привычку, и он перестал отдавать честь, проверяя документы рядовых красноармейцев и даже командиров из младшего комсостава. И вот нарвался. А доложить об этом случае начальству ему всё равно придётся. Он откуда-то знал, что не сможет умолчать об этом происшествии.

* * *— Придётся мне ненадолго вас покинуть, — сказал я женщинам, когда мы приехали домой и отнесли закупленные продукты на кухню. — Я должен доложиться в ОБВШ о прибытии и получить отметку в командировочном удостоверении. Иначе меня каждый патруль за это шпынять будет. Могут и насильно в школу привести. Мне ссориться с руководством школы совсем не с руки.

Женщины восприняли это благосклонно и сказали, что они сами военнообязанные, и что такое воинская дисциплина знают не понаслышке.

Такси я пока не отпускал, поэтому вскоре оказался у ворот родной военной школы. На КПП мои документы тщательно проверили и пропустили, и вскоре я стоял навытяжку перед капитаном Лапиным.

Встреча поначалу была бурной. Хорошо, что пока ехал в такси, мне в голову пришла хорошая, с моей точки зрения, идея сделать, с помощью магии, разумеется, одну бумажку — выписку из приказа командира полка о приостановке моей стажировки (вплоть до особого распоряжения) и зачисления в состав полка на должность комода. Звание отделённого было присвоено мне ещё ранее. Датировал этот документ последним днём прошлого года. Скопировать нужные печати и подписи труда не составило.

Прооравшись и немного успокоившись, Лапин спросил:

— Что так трудно было письмо нам написать, предупредить?

— Письмо я написал, товарищ капитан, и отдал его взводному. А его убили в тот же день и больше я его не видел. Вскоре я написал ещё одно письмо и при первой возможности отдал его политруку роты. Отдал утром, а вечером узнал, что его ранили и отвезли в санбат. Я написал третье письмо и решил отдать его в штаб батальона или полка. Случай долго не подворачивался.