Инсургент

Двери лифта снова открываются, появляется еще больше Дивергентов в сопровождении предателей-Бесстрашных. Искренняя справа от меня хнычет. Пряди волос прилипли к ее губам, которые стали влажными то ли от слюней, то ли от слез, сложно сказать. Моя рука тянется к углу заднего кармана. Я останавливаю ее, пальцы дрожат от нетерпения. Нужно дождаться момента, когда Эрик будет достаточно близко. Сосредотачиваю свое внимание на собственном дыхании, воображаю воздух, заполняющий каждую часть моих легких, я вдыхаю и выдыхаю, вся моя кровь, окисленная и не окисленная, перемещается к моему сердцу и обратно.

Легче думать о биологии, чем о шеренге Дивергентов, сидящих между лифтами. Мальчик Искренности, которому на вид не больше одиннадцати, сидит с левой стороны от меня. Он храбрее женщины справа — уставился на Бесстрашного солдата, стоящего перед ним.

Вдох-выдох.

Кровь приливает к конечностям. Сердце — сильная мышца, самая сильная мышца в теле с точки зрения долговечности. Все больше Бесстрашных прибывает, сообщая об успешных зачистках определенных этажей «Морг Центра». Сотни людей без сознания на полу, они застрелены не пулями, чем-то другим, и я понятия не имею, чем. Я думаю о сердце. Теперь не о своем, а о сердце Эрика, и о том, как пусто станет в его груди, когда оно больше не будет биться. Несмотря на свою ненависть, я действительно не хочу убивать его, по крайней мере, не ножом, я не хочу видеть, как жизнь покидает его тело. У меня появился шанс сделать что-то полезное, и, если я хочу ощутимо навредить Эрудитам, то должна отнять у них одного из лидеров.

Замечаю, что никто не приносит девочку из Искренних, которую я предупредила у лифта, значит она, должно быть, все-таки убежала. Хорошо.

Эрик складывает руки за спиной и начинает вышагивать туда-сюда перед шеренгой Дивергентов.

— Мой приказ заключается в том, чтобы забрать в штаб Эрудитов только двоих из вас, — сообщает Эрик. — Остальные будут казнены. Есть несколько способов определить, кто среди вас наименее полезен.

Его шаги замедляются, когда он приближается ко мне. Я напрягаю пальцы, собираясь схватить ручку ножа, но он проходит недостаточно близко. Эрик продолжает идти и останавливается перед мальчиком слева от меня:

— Мозг заканчивает свое развитие в двадцать пять лет, — говорит Эрик. — Поэтому твои способности Дивергента развиты не полностью.

Он достает оружие и стреляет.

Приглушенный крик вырывается из моего горла, когда мальчик резко падает на землю, и я закрываю глаза. Каждая мышца в моем теле напрягается, но я сдерживаюсь. Жди, жди, жди. Не думай о мальчике. Жди. Я открываю глаза и смаргиваю слезы.

Своим криком я заслужила внимание Эрика, теперь он стоит прямо передо мной, улыбаясь.

— Ты тоже слишком молода, — замечает он.