Инструктор. Законопослушные граждане

Инструктор с удивлением посмотрел на блондинку, но, ничего не сказав, протянул ей пачку сигарет и дал прикурить от зажигалки. Ирина затянулась дымом и тут же закашлялась.

— Может, не стоит травить себя, — заметил Забродов.

Ирина Мирошниченко сделала еще одну затяжку и покорно кивнула головой.

— Ты прав, Илларион, горечь утраты не заглушишь никотином, — проговорила она и резко затушила сигарету в глиняной пепельнице.

Забродов понимающе и сокрушенно покачал седой головой и облегченно вздохнул: разговор, который он не хотел сам начинать, стал завязываться сам собою.

— Да, Ирина, трудно терять дорогих и близких людей, — сказал он и посмотрел на свою подругу."

"Ирина проглотила сухой комок, и Забродов почувствовал, что она готова была расплакаться. Однако она сдержалась, а может, у нее просто не было сил оплакивать своего единственного младшего брата.

— Да… — покачала головой женщина. — Я ведь Славика с самых пеленок нянчила, а потом в школу водила…

На нее нахлынули воспоминания, ей захотелось выговориться. Илларион внимательно слушал и покачивал седой головой, понимая, что, возможно, это хоть немного поможет Ирине. Официант, принеся заказ, оказался смышленым малым. Видя, что люди не очень-то расположены к веселью, аккуратно и молча поставил на стол спиртное и закуски и так же молча удалился.

— А теперь я осталась совсем одна, — после своей печальной и грустной исповеди подытожила бледная женщина.

Илларион положил свою руку на руку Ирины и нежно ее похлопал.

— Ты не одна, Ириша, — искренне заверил симпатичную женщину полковник Забродов, — ты всегда можешь рассчитывать на меня, дорогая.

Ирина грустно улыбнулась:

— Спасибо, Илларион, я очень дорожу нашими отношениями с тобой.

— Я тоже, Ириша, — признался Забродов и хотел было сказать более сокровенные вещи, но вдруг смутился и, чтобы как-то скрыть свое смущение, стал разливать спиртное.

Ирина своим опытным женским взглядом заметила смущение своего кавалера, однако сделала вид, что ничего особенного не произошло. Они выпили, слегка попробовали салат и снова немного выпили. Ирина — сухого красного вина, а Илларион — водки. После выпитого между ними возникла некая доверительная связь, и Забродов после нескольких фраз на отвлеченные темы спросил у нее о причине гибели ее брата.

Ирина подняла голову и, посмотрев на своего собеседника, протяжно и тихо вздохнула:

— Его застрелили в подъезде дома, после игры «Зенитра» с приезжей командой.

Илларион удивленно вскинул брови и посмотрел на Ирину. Только сейчас до него стал доходить весь смысл сказанного Ириной. Он вспомнил услышанное по российскому телевидению в спортивных новостях.

— А как его фамилия? — уточнил Забродов.

— Жевнович, — ответила женщина.