Инструктор

Всю ночь нас промучила своими ""умираниями"". А с другой стороны - хорошо, что не спит Потому что у Арая нет повода остаться со мной наедине и погрузится в детали произошедшего. Он поддерживает свою ""мамочку"", периодически вырубаясь в кресле, как и я

- На сердце опять давит.. - постанывая держит она за руку сына.

А я тоскливо поглядываю на шкаф, где спрятаны мои документы Как взять?.. Если откинуть страхи, то Громов сейчас мой единственный шанс Временное укрытие. Но как их откинуть? Оказаться снова на территории и зависимой от очередного мужчины. Они очень быстро понимают, когда ты зависима и беспомощна, и все меняется в мгновение ока И вот эта чуткость и забота Громова тоже может стать чем-то другим. Но ведь и мне уже не шестнадцать... Пора начинать разбираться в людях. Громов... он не такой?"

"Со страхами справиться сложно Мне с ними не справиться так быстро. Нужно выбрать где безопаснее и всё Арай - известное зло. Макар - неизвестное. Но, возможно, и не зло вовсе. Не ошибиться бы...

Арай опять закрывает глаза и отрубается. Китель распахивается, обнажая кобуру. На работу позвонил - задержится. Мне велел вообще отменить сегодня работу и присмотреть за свекровью.

А там Громов под окнами... и мое сердце надрывно стучит. Как выйти?

Перевожу взгляд на зеркало шкафа, разглядывая себя в отражение На домашнем платьице нет карманов, чтобы быстро спрятать паспорт.

Дыхание свекрови тоже становится равномерным Замерев жду пару минут и тихо двигаю дверцу шкафа в сторону, глядя в нее на отражение спящего Арая. Вздрогнув, открывает глаза. Застываю

- Эля... - тихо Взгляд его тяжелеет.

- А какого черта ты на ночь глядя за хлебом потащилась? Бросаю взгляд на уснувшую свекровь.

- Мама сердилась на меня...

- М... А где хлеб-то. Эль?

А вот это тот вопрос, которого я очень боялась.

- Не было.

- Не было? - сонливость исчезает с его лица. - Не было хлеба? За углом хлебный круглосуточный магазин и там не было хлеба?

- Свежего не было. - сглатываю я. - Ты же не любишь не свежий.

- Я не понял... ты из меня идиота сейчас делаешь? - встает.

- Нет... - вжимаюсь я в кресло, кровь бросается в лицо, живот сводит судорогой страх

- Пойдем в комнату. - снижая голос.

Верхняя губа агрессивно поднимается, демонстрируя зубы. Это плохо... Очень плохо...

Надо было сдаваться Громову. Надо было уезжать с ним!

Но как же паспорт? - в углу открытого шкафа та самая коробка из под обуви

- Встала.

Поднимаюсь на ноги.

- Вперед.

Головой понимаю, что лучше мне из этой комнаты сейчас не уходить. Потому что здесь свекровь. Это все равно будет тормозить его. Но отточенный рефлекс ужаса и повиновения толкает меня в спину, и я иду Ругаю себя за это! Но ноги двигаются сами Есть внутри глупая иллюзия, что если слушаться беспрекословно, то наказана не буду. Откуда-то еще из дества. Но она не работает.