Инструктор. Отчаянный воин

Бросив вверх взгляд, понял, что веселье у творческой братии уже в полном разгаре.

— Да, — усмехнулся отставной полковник, — ребята времени даром не теряют!

Открыв дверь, Забродов вошел в сумрачный и затхлый подъезд и стал подниматься на пятый этаж…

* * *Как и предполагал припоздавший гость, праздник был уже в разгаре. Появление Иллариона Забродова подвыпившие и разгоряченные художники встретили одобрительным гулом.

— Какие люди! — воскликнул Вячеслав Демакин — невысокий, плотный, коротко подстриженный мужчина лет за пятьдесят, выскочив навстречу гостю в переднюю. — Забродов! Привет!

— Он самый! — улыбнулся пенсионер. — Здравствуй, Слава!

— Опаздываем, Константинович, — добродушно пожурил приятеля художник.

— Ничего страшного, Слава, — улыбнулся отставной полковник. — Думаю, вы еще не все выпили?

— Обижаешь, Ларик! — успокоил гостя Демакин. — Этого добра у нас на всех хватит да еще и останется. Ну давай проходи.

— А где именинник? — бросив взгляд по сторонам, поинтересовался Забродов. — Надеюсь, он еще в форме и готов к продолжению банкета.

— Костяныч, как пионер, всегда готов, — рассмеялся собеседник, — особенно когда это касается увеселительного мероприятия с горячительными напитками.

Забродов усмехнулся и понимающе кивнул.

Из соседней комнаты вышел бородатый богатырь и, увидев седовласого гостя, весело рассмеялся и воскликнул:

— Забродов!

— А вот и он, легок на помине, — сказал Демакин и перевел взгляд на виновника торжества. — Встречай, Костяныч, гостя!

Бородатый богатырь и без напоминаний Демакина уже заключил инструктора спецназа ГРУ в объятия, дружески похлопывая его по широким плечам.

— Ларик, чего задержался? — незлобиво проворчал именинник. — Все уже в сборе.

— Главное, Костяныч, что пришел-таки! — констатировал седовласый гость.

— Правильно, — согласился Гуреев. — Тогда чего же мы стоим здесь? Видишь, водка киснет и ребята ждут!

— Подожди, Костик, — попросил отставной полковник и, достав из кармана куртки кортик, протянул его Гурееву. — Прими небольшой сувенир на долгую память!

Гуреев взял кортик и восхищенно причмокнул пухлыми губами.

— Ну, Ларик, — растроганно произнес он, рассматривая подарок, — ну, дорогой мой человек, порадовал ты меня, дружище!

Демакин с интересом посмотрел на кортик.

— Да, вещица ценная, — кивнул он, — ей никак не менее века!

— Для хорошего человека ничего не жалко, мужики, — добродушно рассмеялся Забродов. — А Костяныч у нас вроде бы не из плохих! Да и кортик этот у меня единичный, а в коллекции Гуреева он займет достойное место.

— Еще какое! — воскликнул Гуреев, известный как заядлый коллекционер холодного оружия.