Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

Сдержанная и немногословная, на первый взгляд, Имельда тем не менее обладала крутым нравом и очень едким язычком. Рано овдовев и не успев завести детей, Мелли Ризе все силы бросила на то, чтобы сделать из брата «приличного человека». На том основании, что была старше на целых десять минут. «Несносная женщина! – периодически жаловался Ник. – Муштрует меня, словно ребёнка!»

Имельда была старшей дамой над фрейлинами королевы – и девушками, и подрастающими девочками, которых брали во дворец с десяти лет, так что она собственными глазами захотела посмотреть, что за «звери» решили претендовать на её «малюток».

– Госпожа Имельда, – я отвесила ей особый поклон, что предназначался старшим по возрасту.

– Просто Мелли, деточка, – смягчилась она. Мне почему-то повезло оказаться среди тех немногих, на кого её суровость не распространялась. – Так, дамы! Хватит сплетничать! Насмотритесь ещё на своих дэвров! Лучше скажите мне, что это за гроб с нами поплывёт? Он же сейчас всю эту посудину перевесит!

– Это наш рояль, – смущённо ответила Анна-Кристина. – Точнее, тесса Аурелия, уже ваш. Я помню, как вы восхищались этим инструментом, и подумала, что вам он пригодится больше. Надеюсь, вы примете этот подарок. И, возможно, даже скрасите наше путешествие своей великолепной игрой.

– А вот это вы славно придумали, – одобрительно кивнула Имельда. – Николас говорил, что играет Ари – ровно ангелы поют. Только вряд ли варвары способны оценить такой талант.

– Музыка может смягчить самое суровое сердце, – улыбнулась я. – Это изумительный подарок, леди Анна-Ка. Благодарю от всего сердца. И, разумеется, я с удовольствием развлеку вас всех игрой. А с вами, юные леди, мы наконец закончим вальс Ровени.

Тавела издала разочарованный вздох, а Тиара победоносно посмотрела на сестру – кажется, музыкальные мучения Тави доставляли ей удовольствие.

Признаться, я и сама сомневалась, что дэврам, этим могучим воинам, знакомо чувство прекрасного. А ведь это неотъемлемая часть воспитания благородного человека. Что может восхищать этих далёких мальчиков? Точный выстрел из лука? Размер убитой дичи? Победный бой их примитивных барабанов? Способны ли они понять красоту слога или гармонию цвета? А тут я со своей музыкой, стихами и реверансами…

До самого вечера на корабле царило лёгкое возбуждение. Мне отвели небольшую уютную каюту с иллюминатором, а внутри я обнаружила свой багаж, бесцеремонно отобранный дэвром. Я провела день на палубе, греясь на солнышке и составляя план работ с будущими учениками. Заодно присматривала за сёстрами Ригель-Войц, хотя больше не была обязана.