Темный инстинкт

Кравченко снова увидел ее пробор, полный перхоти, захотелось отпихнуть ее от себя и…"

"— Вот и тебя я тоже обидела. — Она взяла его за руку. — Горячая какая ладонь. И сам ты как пружина. — Она провела рукой по его плечу. — Вообще ты молодчина, по утрам вон бегаешь, я видела… Фигура у тебя что надо. Марина умеет выбирать себе мужиков. Нет-нет, не подумай, — она улыбнулась грустно. — Я не начинаю опять, как Пит скажет. Просто.., что и говорить: умеет она это самое.

И мужья у нее какие были, и секретарь, и любовник, и даже вот детектив, — она снова погладила его — точно кошку, по-хозяйски. — А ты ведь найдешь ЕГО, я верю. От такого, как ты, никто не скроется. А хочешь, я тебе помогу?

— В чем? — Кравченко высвободил свою руку из ее влажной ладони.

— Хочешь, будем вместе искать убийцу? — Она все заглядывала ему в глаза. — Я ведь многое замечаю, я очень , наблюдательная. А тут все с ума посходили. И словно гроза в доме собирается. И все боюсь чего-то… Ну хочешь, мы будем вместе с тобой в этом деле вот так? — Она сжала два пальца и продемонстрировала Кравченко.

— А зачем его искать? — Он чувствовал: зря сейчас скажет то, что скажет. Необдуманный это шаг, вредный, но сдержаться уже не мог:

— Зачем искать убийцу, когда все и так ясно: достаточно шепнуть кому надо, что Корсаков мог это самое сделать, а Зверев Григорий Иванович не мог.

Новлянская опустила голову. Потом взглянула словно бы с сожалением, но во взгляде ее, холодном и блестящем, так напоминающем теперь взгляд ее брата, он прочел, что нажил себе в этом доме смертельного врага.

— Людей, предлагающих помощь от всего сердца, обычно принято благодарить тоже от всего сердца. Так меня еще мамочка учила. Ну что ж, — она вздохнула. — Отлично поговорили. И главное, все теперь стало на свои места. Да, Марина умеет выбирать, мастерица она, — глаза ее сверкнули уже бешенством. — Ничего не скажешь — выбрала себе! Муж — паралитик, любовник — неврастеник и кастрат, секретарь — кретин, а вышибала — цепной пес!

— Марина Ивановна первым из всех нас выбрала вашего отца, Алиса Станиславовна.

Она замахнулась и — он не стал защищаться — ударила ему в грудь кулаком, и сила удара была весьма ощутимой для такого хрупкого создания. Однако не удержала равновесия и, если бы Кравченко не подхватил ее, шлепнулась бы на траву.

— Пить с утра вредно. — Он подтолкнул ее к дивану, но она вырвалась и, спотыкаясь, побежала к дому.

Глава 18

БИБЛИЯ ЧАЙКОВСКОГО, ИЛИ СОЛО НА РОЯЛЕ

К полудню напряженное ожидание в доме достигло апогея. Внешне все вроде бы шло, как и обычно в эти траурные дни: приглушенные голоса, вкрадчивые вопросы и мягкие заботливые ответы, осторожно-предупредительные жесты. И вежливость, вежливость без конца.