Инопланетянка его мечты

– Удачи с рассказами, – холодно проговорил руководитель группы, кивнул лхасцу и отправился к кабине оператора погрузки. Изначально он туда и шел мимо меня.

– С какими рассказами? – Янтарные глаза сощурились, внимательно изучая мое лицо.

Я усмехнулась, предвкушая, как произнесу это наглое «жаль» на его ответ «нет».

– Ревнуешь?

– Да!

– Вангьял!! – вспылила я, чем только развеселила инопланетного Черта.

Он обнял меня, прижал к груди и насмешливо и в то же время ласково проговорил:

– Ну не расстраивайся, восхитительная Могуэй. Когда-нибудь у тебя обязательно получится усмирить человека, которого ты так опрометчиво забра… – Дальше у бывшего Бенкендорфа получился только рычащий короткий звук «а», плавно перетекающий в смех. Сердитые влюбленные могуэй умеют больно кусаться, даже если в легендах этого нет.

Глава 7

– Мы едем, едем, едем, едем, едем, едем, едем, едем, рыба, едем, рыба, рыба. – Рэн почамкал языком, разбрасывая вокруг себя слюну, сделал поворот вокруг своей оси и вновь уселся на отведенное ему Исмаилом место. Подводный мир Великого океана Бо радовал пса несказанно. – Рыба, рыба, рыба, едем, едем, вещь, едем, едем, рыба…

– Плывем, – поправил Вангьял.

Переводчик замолчал, Рэн обернулся на голос воина силы, спрятал язык и склонил голову набок, с любопытством оглядывая автора подсказки. Игра в переглядки длилась не больше минуты, а дальше переводчик вновь счастливо заголосил:

– Плывем, плывем, плывем, плывем, рыба, плывем…

– Ты абсолютно уверена в своем решении? – Исмаил покосился на затылок своего любимца, за время перелета ставшего общим. В скорости покорения сердец исследовательской группы Рэн превзошел Вангьяла."

"Компаньонов в Лхасе, подобных земным собакам или котам, я не встречала. Исключение составляли лошади и ослы, к которым у местного населения было особое, теплое отношение. Группы, занимающиеся дистанционным изучением забытого народа Земли, установили, что предки и тех и других прибыли на Бо вместе с переселенцами. И естественно, знакомство Вангьяла с пятнадцатимесячным щенком немецкой овчарки привлекло зрителей. Манео, закадычный друг Рэна, даже свой кабинет предложил в качестве площадки. Несмотря на мои предупреждения, аудитория с восторгом ожидала реакции лхасца на говорящего компаньона и, конечно, разочаровалась. Мои люди давно позабыли многочисленные нюансы классового неравенства в феодальном обществе, а те, что помнили, знали лишь в теории. Не окунись я на два месяца в далекое прошлое, вероятно, так же ошибалась бы с прогнозами. Представитель благороднейшего из родов Сунда Келапа с прямой спиной и невозмутимым выражением лица, заложив руки за спину, поприветствовал слегка настороженного Рэна.