Иномирная супруга дракона

Те, что дарил мне супруг, были крупнее и ярче, а внутри каждой будто переливалась немыслимыми огнями маленькая вселенная.

В подарке Лаллеи они были похожи на мерцающие чёрные опалы, но, прикоснувшись, я ощутила исходящую от бусин сильную магию. Другую, но очень знакомую, — тёмную и давящую.

— Только что получила, — похвасталась девушка. — И сразу принесла тебе. Пригодится!

— Зачем Дане магические бусины харгов? — процедил кагхан. — В них заключена сила Драргура.

— Верно, — кивнула Ллея и хитро прищурилась: — Во дворце, где каждый первый обладает силой Метэстеля полезно иметь подобное оружие, не считаешь? Особенно человечке, лишённой магии!

— Не смей называть мою кагханию человечкой, — зло процедил Гордэр.

Я положила ладонь на его предплечье и мягко пожала.

— Ноя действительно просто человек, дорогой супруг. Прошу, не злись. Спасибо, Ллея. Я ценю твою заботу.

— Вот видишь, — девушка торжествующе посмотрела на брата и села за стол. — Твоя жена мудрее тебя, будущий владыка драконов!

— Тебе пора уходить, — огрызнулся тот.

— Я ещё не рассказала про белку и хвосты, — напомнила Ллея и дотронулась до моего рисунка. — Люди считают этого зверька сообразительным и запасливым.

— Знаю, — кивнула я. — В моём мире тоже есть белки. Шустрые существа, набивающие дупла орешками. Но три хвоста им не рисовали. Впрочем, восточные народы верили в мифологических девятихвостых лисиц. Хитрые и коварные, они могли оборачиваться красивыми девушками, чтобы соблазнить мужчин и ради забавы завладеть их телом...

замолчала, заметив, как каменеют лица Гордэра и его сестры. Растерянно закончила:

— А утверждала, что в вашем мире нет магии, — пожурила меня Ллея и поочерёдно показала на хвосты белки: — Совесть.

Чувства. Долг. Так люди показывают, что ради умножения богатств и расширения королевства разделяют эти понятия, не позволяя себе подчиняться им. Это лишь хвосты! То есть то, чем можно поступиться.

— Звучит неприятно, - поделилась я.

— Выглядит мерзко, — согласилась Ллея.

Гордэр многозначительно промолчал, а я подхватила синий мелок и нарисовала очертания небесного дракона. Поменяла на тёмно-фиолетовый и добавила подземного. Начала скруглять пересечения, подытожив:

— То есть герб людей означает, что ради магии они способны на всё. Это напоминает мне нашу помолвку, Горди. Помнишь? С одной стороны король требовал от князя драконьей крови взять в жёны простую человечку. С другой, всячески мешал этому осуществиться.

— Не желал подписывать мирный договор, — скривился супруг.

— Или, — я приступила к округлению пересечений, где рисунки белки и дракона наложились друг на друга, — они так же держали яйцо, оставив хвосты позади.