Иномирная супруга дракона

— Нет, — замотала головой. — Елисей не дракон. И не божество... Он просто человек!

— Сын небесной девы и князя чистейшей драконьей крови? — ехидно прищурилась Фэнрис. — Правнук Метостеля... Человек?!

Ты сама-то в это веришь?

Подавив тревогу, сухо ответила:

— Что же, — она пожала плечами. — Каждый волен упиваться своими иллюзиями. Мне ли не знать об этом? Я так долго следовала за своими...

И тут же задорно расхохоталась, вызвав смех Лисёнка. Дети испуганно прижались ко мне, и я услышала, как Аманда прошептала Эле:

— Прямо как Баба-Яга. Страшная!

Фэнрис осеклась и посмотрела на девочек так, что они сильнее прижались ко мне, а потом перевела взгляд на меня и холодно произнесла:

— Твой сын дракон! Будущий владыка Шиера. Помни об этом, когда узнаешь правду.

— Какую правду? — похолодела я.

Отчаянно желала не получать подтверждения тому, что услышала от кузена Гордэра.

Отступница снова расплылась в ехидной улыбке:

— Я безумно хочу увидеть выражение лица Валинры, когда она узнает о твоём возвращении. А особенно о том, что у князя есть наследник.

Грудь обожгло болью, будто внутри меня разлилась кислота. Сердце застучало, как бешенное, к глазам подступили слёзы. Я отказывалась верить, не хотела слушать, но Фэнрис всё равно произнесла, как приговор:

— Она заняла твоё место.

Усмехнулась и погладила Елисея по руке, на которой переливался знак ключа, а потом глянула на меня исподлобья:

— Ты же не позволишь ей упиваться чужим счастьем?

Женщина, от которой отвернулось солнечное божество, жила в простом деревянном домишке, расположенном на самой окраине столицы. В нём была лишь одна комната и маленькое помещение с ведром.

— Когда люди узнали, что во мне больше нет магии, — помогая мне отмыть детей от грязи, рассказывала Фэнрис, — меня лишили дома и всех подаренных угодий.

— А северные драконы? — вытирая ноги Эли, уточнила я.

Женщина оцарапала меня взглядом и одобрительно усмехнулась:

— И о них знаешь? Эти бездушные существа забыли всё добро, что я делала, и отвернулись сразу, как я перестала быть драконом. Во дворец, где я пряталась от шиерцев, теперь мне не попасть.

Она в сердцах стукнула по полу:

— Проклятые фаррэлы! Драгоценные камни из другого мира, золото этого... Они забрали всё.

Закрыла глаза и медленно выдохнула, а потом посмотрела на меня с прежней улыбкой.

— На ночь я запираю дверь. Во-первых, в Шиере теперь неспокойно, ведь все три королевства на грани войны. — Невесело хохотнула: — На грани? Да она уже идёт! Каждого, кто вызывает подозрение, стражи сажают в тюрьму без шанса оправдаться.

У меня похолодела спина. Если бы я оказалась с детьми на улице, а не в доме Фэнрис, то сразу бы привлекла внимание и наверняка оказалась бы за решёткой.