Иномирянка. Иллюзия выбора. Книга 2

Потом во сне стали всплывать наши совместные задания. Я не знаю, как это объяснить, я стал вспоминать их, но как бы с другого ракурса, не с того, который помнил до этого. А когда просыпался, я снова оказывался в своей привычной жизни. Потом начались постоянные головные боли, а сны стали яркие и запоминающиеся. Я просыпался и не мог понять, где я? В жизни, которая каждую ночь всплывает у меня в мозгу, или же здесь, в реальной? Я стал ходить по докторам, но они как-то странно вели себя и выписывали обезболивающие. Спустя два года, как будто прорвало плотину, и мне стал сниться совсем другой мир, другие родители, другая жизнь. Мне казалось, что я схожу с ума, так реалистичны были эти сны, и так все это не укладывалось в голове. Постепенно я стал обращать внимание на мелочи, о которых раньше и не задумывался: на странное поведение родителей, к примеру. Нет, они вели себя безупречно, но как-то зажато что ли. Настойчивые уговоры жены на счет ребенка и ее иногда странное поведение. В общем, я становился параноиком, мне каждая мелочь стала казаться странной и подозрительной. Я стал сомневаться в своей жизни, но и снам я не верил. И часто, очень часто мне снилась ты… Во сне я любил тебя, в жизни я любил Миру, дошло до того, что я боялся заснуть. Потому что сны ломали мою такую размеренную жизнь. Я старался уложить сны в единую картину, что-то получилось, что-то нет. Я до сих пор не знаю, какие из моих воспоминаний правда, то, что мне приснилось, или то, что я помню во время бодрствования? И тогда я решил найти тебя. Ты была в большей части моих снов, ты должна знать обо мне, к тому же, твои слова тогда, на лодке. Это правда?

Во время его рассказа, я еле сдерживала слезы, сердце разрывалось от жалости к нему. Он не заслужил такой жизни. Кто угодно, только не он.

- Да, Адам, - почти прошептала я, - На лодке я говорила правду. Тебе загрузили другие воспоминания. Ты никогда не был женат, и Миру ты не знал до своего возвращения, и это не твои родители, твои остались в другом мире.

Он серьезно посмотрел на меня:

- Расскажи мне правду. Я хочу, наконец, узнать, что же было на самом деле, и что правда, а что ложь в моей жизни.

И я рассказала. Мы проговорили почти три часа, пока не пришла Магда и не спросила:

- Лирда, подавать ужин? Уважаемый лирд присоединиться к нам?

Я вопросительно взглянула на Адама:

- Ты поужинаешь с нами?

Он кивнул:

- Да, спасибо. А потом пойду. Спасибо, за все. Ты мне действительно очень помогла.

- Что ты собираешься делать дальше?

- Карин, я не знаю. Почти все, что я помнил, оказалось ложью, но последние три года были правдой. Я люблю свою жену не только из-за внушенных воспоминаний, а из-за реальной жизни тоже. Но мне нужно во всем разобраться и подумать.