Моя мачеха – иномирянка (СИ)

– Сначала будто прострелило тут…

«Ей однозначно примерещилось, – искренне огорчилась я. – Это фантомные боли».

Она потянулась, дотрагиваясь до пятки.

– Но сейчас всё как прежде.

Это окончательно отрезвило меня. Стараясь не показывать огорчения, подбодрила девочку:

– Очень хорошо. А теперь давай завершим массаж.

Она кивнула и подставила мне спину. Я снова провела камушком вдоль позвоночника, прислушиваясь к реакции ребёнка. Но далее Амелота вела себя как обычно. Ничего не произошло, ни когда я разминала мышцы ног, ни когда делала точечный массаж стоп кулоном. Девочка ничего не ощущала…

– Как ты думаешь, Молари не понравился мой подарок? – расстроенно пробормотала она, когда я закончила и помогла ей облачиться в ночную сорочку. – Она так и не появилась на празднике.

Я придержала Амелоту, когда она опускалась на спину, и прикрыла мягким тёплым одеялом. Подоткнула его с двух сторон и, присев на кровать, осторожно ответила:

– Думаю, у неё была веская причина остаться у себя.

– Знаю, – вздохнула она. – Думаю, они с папой снова поссорились.

– Ты любишь Молари? – не желая сообщать о наказании, мягко поинтересовалась я.

– Конечно. – Она шире распахнула глаза. – Она добрая и приветливая.

«С теми, с кем выгодно», – хмыкнула я про себя, чтобы скрыть своё скептическое отношение к содержанке мужа, встала и отошла к столику.

Взяла стакан и плеснула в него воды из хрустального графина. После работы всегда хотелось пить. Массаж отнимает немало сил, если проводить его качественно и по всем правилам. А я никогда ничего не делала спустя рукава.

– А твой брат женат? – проявила неожиданное любопытство Амелота.

Прыснув, я закашлялась и изумлённо посмотрела на девочку. Промокнув губы платком, отставила стакан и честно призналась:

– Память ещё не полностью вернулась? – понимающе уточнила она и, прикрыв глаза, мечтательно промурлыкала: – Вот бы они с Молари поженились! И мы все жили долго и счастливо…

Я лишь покачала головой и, присев на краешек кровати, ласково погладила малышку по голове. Шелковистые пряди скользили между пальцев, и мне нравилось это ощущение. Ресницы Амелоты затрепетали, а вскоре дыхание девочки стало ровным и глубоким. Я наклонилась, осторожно касаясь нежной кожи ребёнка губами, а затем поднялась.

Вышла из спальни и, тихонько прикрыв за собой дверь, задумчиво застыла на месте. Приближалось время ежевечернего уединения с Кенданом, но идти к соэру не хотелось. Как и возвращаться в свои покои. Я знала, что муж пойдёт туда, если я не явлюсь. Заглянет он и к дочке. Мне хотелось подумать о сегодняшних открытиях и решить, как же действовать дальше.

Мимо сновали слуги.