Иное решение

Но как убить живого человека в миллионном городе да еще и столичном?! В городе, в котором не то что убийство, а простое столкновение лошади с трамваем – целое событие, которое будоражит умы и дает пищу для прессы на целый год! Как прикажете убивать? Как Столыпина, во время представления?

О Синяеве Коля знал только понаслышке. Ориентировка, которую выдал ему Штейн, была явно недостаточной, да и не могла быть другой. Шифрограмма из Швеции в Москву по своему объему была несопоставима с романом «Война и мир» и даже на «Анну Каренину» не тянула. В ее скупые строки нельзя было втиснуть детальные подробности. А где взять эти подробности? Можно, конечно, в киоске купить газету «Новое русское слово», там-то уж наверняка есть что-нибудь о белом генерале. Только как это будет смотреться со стороны, не удивится ли кто, увидев, что финн-иммигрант интересуется русскоязычной прессой? Шведская пресса, которую Коля читал регулярно, генералу Синяеву уделяла до обидного мало внимания. Насколько Коля мог припомнить, либеральные шведы не писали о нем ни разу.

И как быть?

Умудренного опытом агента такая задача привела бы в уныние. Он бы, пожалуй, заартачился, дескать, я тут посажен информацию добывать, вот она, хлебайте полной ложкой, а генералов беглых отстреливать – не мои заботы! Только Коля смотрел на вещи проще. Приказ вышестоящего начальника должен быть выполнен любой ценой, даже ценой собственной жизни. Обжаловать его можно исключительно только после выполнения. Да и у кого его обжалуешь? Головин – в Москве. Не достучишься.

Случается иногда лоховское счастье. Садится намечаемая жертва играть «на интерес» в карты, правил не знает, ходит как попало, путает масти и разносит прожженных картежников в пух и перья, унося с собой приличный куш, к вящему их изумлению.

Так и Коля. Он и часу не бродил еще в тяжких раздумьях по Стокгольму, как набрел на так называемый «Русский Дом». Тяжелый трехэтажный особняк располагался в самом центре Стокгольма, в двух шагах от Кенигплатц. Однако «Русский Дом» не располагал к умиротворенному созерцанию. Его двери охраняли два дюжих молодца, а по тротуару взад-вперед прогуливались плечистые ребята с характерными челками, всем своим видом выдавая сопричастность к организации серьезной и уважаемой.

«У-у, рожи эсэсовские», – подумал Коля и ускорил шаг.

Лохам определенно везет! Прет по-дурному. Коля не успел поравняться с особняком, как к подъезду подъехал лакированный «хорьх», а из дверей вышел солидный мужчина в шинели с царскими золотыми погонами и красными отворотами. Тот самый, с фотографии.

«Синяев», – догадался Коля.

Генерал поправил фуражку на голове, не спеша надел перчатки и влез в услужливо открытую дверцу на заднее сиденье авто.