Московский инквизитор (сборник)

Конечно, он понимал, что исчерпывающей картины представить не сможет, но он должен был выжать из этой информации максимум того, что она могла дать. Он сидел, вставал, ходил по комнате настолько погруженный в свои мысли, что не замечал ничего вокруг. Ему мало было перечислить факты, каждый из них он должен был подкрепить соответствующим доказательством, для чего нужно было держать в памяти все то, что он узнал, а то иначе придется постоянно нырять в коробку и копаться среди дисков, чтобы не только указать его номер, дату и место записи, но и привести наиболее весомые цитаты из разговора. Продумав схему, Лев перешел к самому докладу, решая, с чего начать, в какой последовательности излагать факты, а чем закончить. Когда Степан сунулся было к нему по поводу ужина, Лев просто остановил его взмахом руки, а взгляд у него при этом был настолько отрешенный, что парень, слегка испугавшись, решил оставить его в покое. Потом Гуров в таком же задумчивом состоянии начал раскладывать диски в той последовательности, в какой они могут ему потребоваться при написании доклада, и, только закончив, вроде бы очнулся и посмотрел вокруг осмысленным взглядом.

— Четыре часа утра, сэр! — тут же встрял Степан. — Чего желаете? Очень поздний ужин или очень ранний завтрак?

Гуров посмотрел на часы — Степан не шутил. Лев прислушался к себе: есть вроде бы не хотелось, спать тоже, и он сказал:

— Приготовь мне лучше чай покрепче, а я работать сяду.

— Что предпочтете, сэр? Кремацию? Или традиционные похороны? — вроде бы шутливо спросил парень, и Гуров, выражая недовольство, поморщился — уж очень невысокого пошиба была шутка, но тут Степан взорвался: — Лев Иванович! Когда вы как лунатик по комнате рассекали, я молчал. Когда вы ужинать отказались, стерпел. Но сейчас вы у меня выпьете все таблетки и ляжете спать! Хотите сдохнуть? Ваше право! Но без меня! Вы что, еще не поняли, что вчера чуть кони не двинули?

— Брось! — отмахнулся Лев. — Просто Рыбовод на меня наорал, и у меня подскочило давление — не мог же я орать в ответ на замминистра?

— Это не вчера началось, Лев Иванович, — стоял на своем парень. — Вы уже больше недели живете в состоянии стресса, а это бесследно не проходит! Вы жжете нервы, как будто их у вас немереные запасы, а инфаркт, между прочим, с вами, может быть, уже на соседней подушке спит.

Вряд ли парень имел в виду Марию, но Гуров воспринял его слова именно так и тоже взорвался:

— Оставь меня в покое со своей заботой! Мое здоровье — это мое личное дело! Ты здесь для чего? Чтобы мне помогать! Вот и приготовь мне чай, а таблетки засунь сам знаешь куда! Я сказал, что сяду работать, и сяду! Все! Я жду чай!

Степан обиделся, причем всерьез — он действительно искренне переживал за Гурова.