Инквизитор IV

У него оставалось всего пять боевых эликсиров, которые бы мигом кончились, вздумай Миргрыз кидать их в одиночные цели. Пока же алхимик пытался отыскать выход, первый из духов уже кинулся в атаку на робота. Старый гоблин размахнулся, да так и застыл увидев, как робот одним ударом развеял нападавшего, а затем следующим выпадом отправил в полет другого, более крепкого.

— Как? — пораженно спросил Миргрыз.

— Напыление из серебра. Я ведь не совсем идиот, и слушал тебя.

— Хоть раз так поступил, — смущенно пробормотал алхимик.

Впрочем, он тут же опомнился и метнул склянку в скопление противников. Не отставал от него и робот, крайне умело орудуя массивными конечностями. И эти двое успешно держались, покуда их не настигла страшная, до боли знакомая аура.

— Он пришел, — тихо пробормотал Миргрыз.

Оглянувшись, алхимик увидел, что толпы у тоннеля уже не стало. Однако бежавшим стоило бы дать фору. Ведь без нее они все еще были обречены. Но разве имелся у защитников шанс, хоть на минуту остановить призрачного дракона? И это если не вспоминать о полчищах остальных мертвых.

— Значит так, уходи немедленно, — неожиданно проговорил пилот робота.

— Уходи? Это что значит уходи? А ты тут остаться решил? А ну сам вылазь из своей дурацкой жестянки, да полезай туннель. Вылазь говорю!

— Кто-то должен закрыть проход и задержать врага. Первое из нас двоих смогу сделать только я, — совершенно спокойно, произнес пилот, одновременно с этим развеявший еще одного призрака.

— Ничего не знаю. Вылазь тебе говорю, слушай старшего!

— Эх, с тобой всегда было невозможно спорить, — устало, и одновременно с этим тепло прозвучало из кабины. После чего металлическая рука внезапно метнулась к Миргрызу и обхватило того. Ошалевший от внезапности случившегося алхимик даже не успел ничего сказать, как оказался рядом с проходом, в который и был без всякой бережности заброшен. И только очутившись на каменном полу тот наконец осознал все.

Крик потонул в скрежете массивного камня, закрывшего вход в тоннель.

— Прости, отец, я опять тебя ослушался, — глухо раздалось с той стороны. — Позаботься о внуках. У них останешься только ты.

— Нет, нет, я говорю тебе, немедленно убирайся оттуда! Тебе не нужно там оставаться! Ты слышишь⁈ Ты слышишь? — ответа не последовало, только звук тяжелого робота стал громче. — Сын, прошу, прошу тебя, уходи! Пожалуйста, ну сделай хоть раз по моему! Сын!

Ответа не последовало и только ощущение жуткой, ненавистной для всего живого ауры приблизилось на совершенно нестерпимое расстояние.

Миргрыз сжал зубы так, что те чуть не раскрошились и… Бросился прочь. Он чувствовал, что до конца своих дней будет проклинать себя за то, что сделал сейчас, и за многое, что творил ранее.