Инквизитор IV

Дерева в подземельях нет, а управиться с пикой в штольнях далеко не всегда реально. Но с другой стороны понять замысел игрока можно. Тот решил соединить великолепную защиту гномов, навыки строя с длинным оружием, компенсировав таким образом недостаток роста и длинны рук. Что в результате получилось, оставалось не ясно. Однако в чистом поле такая гномья фаланга могла оказаться страшной силой. Особенно против моих солдат.

В копилку к этому фактору также следовало добавить крайне разнообразную машинерию, двигавшуюся в хвосте вражеского отряда. Я уже успел насмотреться на собственные аркбаллисты, в настоящий момент потерянные, и потому мог уверенно сказать — механизмы этих гномов являлись изделиями много более сложными и, вероятно, эффективными. Кажется, в случае негативного поворота событий, следовало не просто отступить, а сделать это до того момента, когда противник выйдет на расстояние выстрела из своей машинерии. Причем вероятную дистанцию выстрела лучше увеличить вдвое, дабы не оказаться смертельно удивленным противником.

Что еще я мог сказать о показавшемся войске? Пожалуй, также следовало отметить броню подгорных воинов. И сказать о ней можно то, что она выглядела довольно простой. В том смысле, что походила на обычную, без налета фэнтезийности. Кажется, обитавший на этих землях игрок являлся натуральным перфекционистом, не пожалевшим средств на полное переоснащение своих солдат. Вот только любопытно, стоила ли овчинка выделки?

Отняв глаз от подзорной трубы, я пришел к выводу, что ни ответить на последний вопрос, ни обнаружить что-то еще важное уже не в силах. И вместе с тем время на наблюдение подходило к концу. Если я намеревался поговорить с игроком в том месте и условиях, на которых планировал, стоило двигаться уже сейчас.

— Клемент, ты помнишь свою роль? — спросил у прелата.

— Да, но надеюсь, мне не придется ее исполнять, — хмуро ответил святой.

— Главное, в случае необходимости не медли. В плену мне не понравилось.

Не став добавлять ничего иного, быстро оглянулся, отметить оками и пару затаившихся в кустах медуз, после чего выпрямился, не скрываясь направившись навстречу войску гномов.

Те меня заметили не сразу, особой зоркостью подгорные воины не обладали. Однако, едва обнаружив тут же среагировали. Над полем послышался звучный крик на чужом языке, после чего ряды гномов перестроились, из походного порядка сформировав боевой. Причем мне оставалось только мысленно восхититься скорости и точности действий подгорных воинов. Пусть мои солдаты умели реагировать на команды быстро, но ощущения великолепно работающего механизма войны не вызывали. А вот эти бородачи внушали именно такое чувство.