Ингвар и Ольха

Глаза Рудого расширились в удивлении, он повертел головой, оглядывая всех, вдруг крикнул:

– Зовем Олега!.. Ну-ка, разом!

– Олег! – раздался чей-то тонкий вскрик – Ольха узнала юного сына князя бойков.

– Олег, твое племя в беде!

– Олег, тебя зовут и типичи!

– Олег!.. Олег Вещий!

В багровом свете костра суровые лица казались нечеловеческими. Как порождения ночного леса, люди смотрели блестящими глазами в пляшущее пламя. Рудый сдвинул хоровод, и все пошли, притопывая, вокруг костра. Руки положили на плечи друг другу, и получилась странная зловещая пляска. Постепенно появился единый ритм, все ударяли в землю одновременно, выкрикивали разом, и Ольхе показалось, что даже темнота всякий раз шарахается в испуге, отступает за дальние кусты.

В одно из таких мгновений Ольха увидела, как пламя на миг высветило человеческую фигуру за деревьями. На Ольху взглянул страшный звериный лик, человек тут же исчез, да и костер светил не так ярко, она застыла от страха, не сразу сообразила, что то один из Тайных Волхвов, на этот раз в простой берестяной личине, разрисованной под волчью морду.

Тайный Волхв на миг ступил в темноту. Ольха видела смазанное движение, внезапно огонь взметнулся с яростной мощью, словно в самую середину ударила слепящая молния. Ольха услышала крики ужаса. Змей Горыныч плюнул, вспомнила она рассказ Асмунда. Она закрыла лицо обеими ладонями, терла глаза, ничего не видя, кроме плавающих красных пятен, рядом кричали и ругались люди, она уже не чувствовала на плечах горячие ладони. Хоровод распался, все суетились, толкались, но вдруг вместе с плавающими пятнами в глазах Ольха увидела, как из середины пламени вышел высокий человек в доспехах. Лицо его было в тени, но фигура была знакома.

Раздался потрясенный, задыхающийся вопль:

– Олег!.. Боги, это князь!

И множество голосов, испуганных и ликующих:

– Наши просьбы услышаны!

– Дурень, это наша сила узрета…

– Боги вернули Олега!

Олег повернулся, блики упали на его лицо. Он был грозен, красные волосы князя казались живым пламенем. В широко раскрытых глазах было безумие, там полыхал страшный огонь. С непокрытой головой, он был, однако, в кольчуге из тонких колец, на широком поясе висел короткий меч, пурпурные, как закат, сапоги слегка дымились в подошвах. С плеч свисало княжеское корзно, в пламени костра пугающе темно-красное, с зеленым камнем-застежкой на плече.

Он повернулся к людям, медленно распахнул руки. Замершей от ужаса и восторга Ольхе они показались чудовищно огромными. Мгновенно крики утихли, все смотрели жадно, не дыша, застыли в тех позах, в каких застал жест князя.

– Вот как? – проговорил он негромким, но таким наполненным мощью голосом, что Ольха вся покрылась мурашками.