ИнфоСфера

Светло-красные стенки, коричневые камни прямоугольных саркофагов. Из стен растут фрагменты громадных мышц, клочки облезлых шкур и стрелы изломанных перьев. Всюду тугие канаты сухожилий хаотично протянутые из конца в конец. Какие-то переплетения нервов с кишками. Сбоку прилипла трёхметровая бурая опухоль подозрительно напоминающая печень. Источника света нет, но видно все отчётливо, в красках, будто каждая деталь светится сама по себе. Я что, в желудке гигантского крокодила, который только что приговорил антилопу?

Непонятно где верх - где низ, что ясно указывает на невесомость. Это мы на учениях проходили — знаем."

"Весь этот странный зал-желудок затянут дымом. Хотя каким дымом? Это нестабильный инфир! Белесый туман слабо колышется, плещется от стенки к стенке. Такая концентрация инфира мгновенно не убивает, но и находиться в ней долго - смерти подобно. Это как радиация. Сразу ты её не чувствуешь, а потом хрясь — лучевая болезнь — копыта откинешь за пару дней, а в некоторых случаях часов или минут.

Кое-где в тумане виднеются тонкие ярко-белые нити инфира, они медленно ползут, закручиваются в узлы, тают, чтобы потом проявиться в другом месте. Это уже похуже — такая ниточка легко перережет человеческое тело пополам, оставив при этом одежду и экипировку невредимой.

Вот это мы попали, так попали. Бросаю косой взгляд на Эн. Она жмётся ближе к стене за моим левым плечом. Импульсник примагнитила за спину, тут оружие не поможет. Эн придерживает за предплечье Шурика, который готов вот-вот сорваться обратно в проход через который мы попали в зал. Но там нас точно перестреляют, а здесь и сейчас им обоим непосредственная опасность не угрожает, поскольку блок у каждого остался цел, в отличие от моего.

Так, стоп!? Какой Шурик? Какие блоки!?

Додумать я толком не успел. Как и в любом сне мысли текли хаотично, прыгая с одного на другое. Конкретно сейчас я мог управлять своим телом и попытался сосредоточиться, но внезапно передо мной, заслонив всё остальное, появилось человеческое лицо. Белое, большое, метра два от острого подбородка до покатого лба. Лицо без рта, зато аж с шестью глазами, каждый своего цвета. Оно глянуло на меня печально и мудро. И беззвучно сказало:

- Респаун.

Слово было произнесёно не речевым аппаратом, а кажется дребезжанием моих собственных костей, словно они диффузор в динамике. Такое извращённое изнасилование костных тканей шибануло по нервам похлеще шокового разряда от блинкера.

Подскакиваю с отчаянным нечленораздельным воплем.

В каждом кубрике четыре ниши в стенах — это и есть кровати. Ниши могут закрываться шторками, обеспечивая личное пространство, иногда ведь хочется побыть в одиночестве. Спроектированы ниши таким образом, что в них можно свободно сидеть.